– Это не касалось непосредственно вас, да и погиб только один человек.

– Зато это была маленькая больная девочка, – быстро заметил Джон.

– Нет, я не имел никакого отношения к захвату заложников в Worldpark. Мои миссии – это банк в Берне и брокер в доме в окрестностях Вены. Увеселительный парк – не моя работа.

– Таким образом, вы признаетесь в проведении трех террористических операций. Знаете, это противоречит закону.

– Да, это мне известно, – сухо ответил русский.

– Итак, чем я могу помочь вам? – снова спросил Кларк.

– Скорее вопрос в том, чем я могу помочь вам, мистер Кларк.

– Чем же? – Он по‑прежнему не оборачивался. Но поблизости должно находиться не меньше полудюжины агентов ФБР, причем один с микрофоном направленного действия, записывающим их разговор. В спешке Кларк не успел надеть костюм, снабженный записывающей аппаратурой.

– Кларк, я могу назвать причину проведения террористических операций и дать вам имя человека, который стоит за всем этим. Вы услышите нечто чудовищное. Я узнал об этом только вчера, еще не прошло даже двадцати четырех часов, как мне стала известна цель этого.

– Ну какова же цель? – спросил Джон.

– Они собираются убить почти всех людей на планете, – спокойно ответил Попов.

Это заставило Кларка остановиться и повернуть голову, чтобы посмотреть на собеседника. Он увидел, что фотография из досье КГБ была очень неплохой.

– Это что, какой‑нибудь киносценарий? – холодно спросил он.

– Кларк, вчера я был еще в Канзасе. Там я узнал суть этого «проекта». Мне пришлось застрелить человека, рассказавшего мне об этом, чтобы скрыться. Я убил человека по имени Фостер Ханникатт, охотника из Монтаны. Я застрелил его выстрелом из его же револьвера «Кольт» сорок четвертого калибра, прямо в грудь. Оттуда я направился прямо к ближайшему хайвэю, и мне удалось доехать на попутной машине к соседнему аэропорту, оттуда я прилетел в Канзас‑Сити и дальше в Нью‑Йорк. Я позвонил вам из моей комнаты в отеле меньше чем восемь часов назад. Да, Кларк, мне известно, что в вашей власти арестовать меня. Не сомневаюсь, что в данный момент меня окружают агенты службы безопасности, скорее всего, из вашего ФБР, – сказал он, когда они вошли на территорию зоопарка. – Так что вам стоит только махнуть рукой, и меня тут же арестуют. Я только что назвал вам имя человека, которого застрелил, и место, где это произошло. К тому же вы имеете все основания обвинить меня в организации террористических актов и, полагаю, в транспортировке наркотиков. Я знаю это и тем не менее предложил эту встречу. Неужели вы считаете, Джон Кларк, что я шучу с вами?

– Нет, пожалуй, – ответил Радуга Шесть, пристально глядя на Попова.

– Очень хорошо. В этом случае я предлагаю, чтобы меня отвезли в местное отделение ФБР или другое безопасное место, где я смогу предоставить вам при контролируемых обстоятельствах информацию, в которой вы нуждаетесь. Мне нужно только ваше честное слово, что меня не задержат и не арестуют.

– И вы мне поверите, если я дам такое слово?

– Да. Вы из ЦРУ и потому знакомы с правилами игры, не так ли?

Кларк кивнул:

– О'кей, даю вам слово – если вы говорите правду.

– Джон Кларк, как мне хочется, чтобы все это оказалось вымыслом, – ответил Попов. – Вы не поверите, как мне этого хочется, товарищ.

Кларк заглянул ему в глаза и увидел там страх, нет, нечто более глубокое, чем просто страх. Русский только что назвал меня товарищем. Это что‑то значило, особенно при таких обстоятельствах.

– Пошли, – сказал ему Джон, поворачиваясь и направляясь к Пятой авеню.