— У меня очень мало времени, Незбет. Ты не мог бы решать побыстрее?

Он сжал губы. Потом сорвал бурнус, рванул завязки сандалий, вырвался из перевязи. И вошел в круг.

— Это уже лучше, — прокомментировал я и положил меч в середину.

Незбет удивился и в его темных глазах снова появилась надежда.

— Я думал… — не закончив, он натянуто улыбнулся и положил свой меч рядом с моим.

— Кто судья? — спросил я. — Кто из трех твоих друзей?

Он неожиданно проявил великодушие.

— Пусть судьей будет женщина.

— Дел, — позвал я.

Незбет и я встали напротив у периметра круга. Вскоре мы сорвемся с мест, побежим, схватим свои мечи и начнем танцевать. Настоящий Южный вызов с пробежкой перед танцем.

— Подготовьтесь, — предложила Дел.

Незбет посмотрел на меня. Он был быстр, молод и ловок. Жизнь била в нем ключом, он готов был броситься и подхватить оружие. Незбет знал, что мог победить меня. Он был уверен в своей победе. Перед ним стоял старый, неповоротливый, медлительный человек.

И он помнил о моем больном колене. Вылечить его за те несколько дней, что мы не виделись, я не мог.

Глупый клещ Пенджи.

Незбет улыбнулся.

— Танцуйте, — сказала Дел.

30

Давно уже мне ничего так не хотелось, как преподать мальчику долгий, неторопливый урок, начиная с демонстрации физического превосходства и кончая выносливостью. Но у меня не было времени.

Так что вместо этого я продемонстрировал ему скорость.

У него просто отвалилась челюсть, когда я, подхватив Самиэля, подсунул черный кончик под клинок Незбета и выбросил его из круга прежде чем Незбет успел дотянуться до рукояти. Пальцы сомкнулись на песке. Левую руку я прижал острием Самиэля ровно настолько, чтобы уколоть кожу.

Я наклонился к мальчику, который стоял на коленях, подчиняясь стали.

— Женщина победила тебя, — прошипел я. — Что заставило тебя думать, что я не могу?

Незбет в грубой форме сообщил, кем он меня считает.

Меч проколол глубже.

— Это не очень приятное слово. Где ты его слышал?

Незбет, разумеется, это слово повторил.

Я оторвал кончик меча от его руки, слегка касаясь кожи, провел сталью по голому предплечью, плечу, довел до подбородка и четко выговорил:

— А это совсем неприятно.

— Чула, — плюнул он. — Все знают правду.

— Знают? Неужели? — я прижал клинок к его левому уху. — Может безухий человек слушать сплетни? — теперь рот. — Может человек без языка их повторить?

Черные глаза вспыхнули.

— Убийца джихади. У тебя совсем нет чести.

— Боюсь ты ошибаешься, даже если бы я убил джихади. Но мы это уже обсуждали, повторяться я не хочу, — я приподнял кончик клинка и показал на меч Незбета. — Вот он, Незбет. Подбери его, если хочешь… танец едва начался.

Когда он поднялся, по левой руке потекла струйка крови.

— Ты позволишь…

— Я человек добрый, — признался я. — Убил я джихади или нет, я не забыл семь лет, которые провел с моим шодо, и выучил все его уроки.

— Если я выйду из круга, ты скажешь, что я сдался, — догадался он.

— Нет, если я дам тебе разрешение выйти. Такой случай тоже предусмотрен в кодексе.

Незбет резко повернулся к своим приятелям, отдыхавшим в тени.

— Вы слышали его! — закричал он. — Он позволяет мне поднять меч не сдавая танец!

Глупый, глупый Незбет.