— Реален ли ты?

Я надолго задумался и наконец выдал ответ.

— Ты все равно этого не поймешь.

— Обещаю не смеяться.

— Ну не знаю… Вообще-то мне нравится как ты смеешься.

— Пока я смеюсь не над тобой, — Дел улыбнулась небу. — Но иногда мне не удается сдержаться, — она перекатилась поближе и положила голову мне на раскрытую ладонь. — Ты не чувствуешь себя реальным?

— Мои почки убеждают меня, что я реален.

— Ну вот и доказательство. Боль означает, что ты реален.

— Но… — я замолчал, яростно дожевывая последний кусок кумфы. — Я ничего о себе не знаю. У меня нет прошлого.

Голубые глаза сразу стали серьезными.

— У тебя слишком много прошлого.

— Я не об этом. Я не знаю, кто я. Знаю только, что нос у меня наоборот и кожа как коричневый бурнус, оставленный на много лет под солнцем.

— Как и у большинства жителей Границы. Ты посмотри на Рашада: у него рыжие волосы.

— Я совсем не похож на Рашада.

— Почти все жители Границы не похожи друг на друга. В них смешиваются слишком разные краски, — Дел улыбнулась. — Я не дразню тебя, но ты не производишь впечатление человека, который жить не может без прошлого. У тебя же столько талантов. Ты сам делаешь свое прошлое из будущего.

Порез дошел до кости.

— В Искандаре говорили, что джихади был — и остается — человеком многих талантов.

Дел перестала жевать кумфу и внимательно посмотрела на меня.

Я потер большой синяк.

— И об Искандаре почти ничего неизвестно.

— Он умер.

Я посчитал.

— Восемь дней.

— С… а-а, — Дел пожала плечами. — Думаю, ты переживешь десять дней Искандара.

— Нет, если Сабра имеет что-то против. Или Умир Безжалостный.

— Пусть сначала тебя поймают.

— Умир меня поймал.

— А ты сбежал, — не сдалась Дел и тут же нахмурилась. — А как тебе это удалось? Ты мне так и не рассказал.

Я пожал плечами.

— Тут и рассказывать нечего.

— Но они избили тебя, а ты освободился.

— Не освободился бы, если бы не использовал… — я замолчал.

Дел ждала, а потом поняла и даже приподнялась на локте.

— Магию, — закончила она.

Мне оставалось только тяжело вздохнуть.

— В самый жалкий день моей жизни впуталась еще и магия.

— Но она помогла тебе, ты сам это сказал.

— И из-за нее я таскаю зараженный меч. Я с самого начала от него отказывался, а сейчас… — я снова вздохнул, чувствуя себя очень уставшим, и не закончил. — Аиды, все это неважно.

Дел снова легла.

— Ты унизил его.

— Его? А-а, его. Незбет получил то, что заслужил.

— Ты мог просто просто выиграть танец.

— А я и просто выиграл! Я дал ему шанс отказаться еще до начала и два шанса сдаться во время танца. А чего ты от меня ждала? Я должен был отрезать ему голову, как ты Аджани?

— Нет, — возразила она. — Но…

— Но? Так ты хотела, чтобы я убил его?

Дел молчала.

— Хотела? — настаивал я.

Она вздохнула и повернулась ко мне.

— Тигр, ты оставил его раненного, злого и униженного. Некоторые люди, после такого, единственной целью своей жизни делают месть. Они плохие враги.