– Не стала бы, – медленно проговорил он, а потом замолчал. Сораса не мешала ему думать, давая ему возможность принять решение. – А что насчет Гариона? Мы должны его предупредить.

Убийца попыталась сдержать улыбку.

– Между нами говоря, я думаю, мы придумаем способ, как донести до него это сообщение, – сказала она. – Он даже не пытается запутать следы.

Чарлон поднял уголок губ.

– Это точно.

– Я помогу тебе собрать вещи, Чарли, – сказала Сораса, хлопая его по спине и помогая подняться на ноги.

На улице шипел дождь.

– Нисколько не сомневаюсь, Сарн.

«Ему здесь не место, как бы он ни пытался стать одним из нас. Конец света – это не то дело, с которым ему нужно связываться. Он заслуживает лучшей судьбы».

Оруженосец почувствовал на себе ее взгляд и обернулся через плечо. По его предплечьям бежали мурашки. Руки Эндри были загорелыми и худыми, с узелками мышц, заработанными за долгие годы службы и тренировок. Он потер их пальцами, прогоняя мурашки.

– Что такое? – пробормотал он, глядя на нее.

Корэйн сильнее сжала чашку в руках, стараясь вобрать в себя ее тепло. Оно вступило в бой с холодом, который струился по ее позвоночнику. Она покачала головой.

В чайной было тихо и спокойно. По мнению Корэйн, даже слишком. Она любила шум и движение. Ей было важно видеть и слышать то, что происходит вокруг.

– Летом Долгое море обычно бывает спокойно, – наконец проговорила она, обдумывая то, что Чарлон рассказал им в крипте. – Бури – крайне редкое явление в это время года. Так откуда же кораблекрушения? Почему корабли садятся на мель посреди моря? Это же невозможно. Там нет ни рифов, ни мелководья. А что Чарлон говорил о передвижениях галлийских солдат? Куда они направляются? Зачем Эриде отправлять их в другие страны?

– Чтобы схватить нас? – предположил Эндри.

– Я сомневаюсь, что она станет искать нас в тех местах, где мы никак не можем быть. За нами не так сложно проследить, и мы явно движемся в определенном направлении. – «Мы поскакали на запад. Но куда движутся войска?» Угли мыслей, постоянно тлевшие в ее голове, загорелись ярким пламенем. – Она отправила солдат за нами, но не только. Они что-то ищут. Или что-то охраняют. А быть может, и то и другое.

Дом сжал чашку так сильно, что по ее глиняному боку пробежала трещина, похожая на черную молнию.

– Второе Веретено.

– Не исключено.

Корэйн раздраженно провела рукой по волосам. Это было все равно что гнаться за закатом. На каком быстроходном судне ни плыви и на какой резвой лошади ни скачи, его невозможно поймать. Он всегда ускользает из твоей хватки. Ей вдруг показалось, что ее пальцы нащупали путеводный луч, но в следующую секунду он, танцуя, улизнул из ее руки.

– Вальтик? – позвала она ведьму, которая по-прежнему рассматривала пасмурное небо и полоскала чашку дождевой водой. – Что говорят кости?

Пожилая женщина разразилась громкой речью на джидийском. Она говорила так быстро, что Корэйн не могла разобрать ни единого слова. Этот монолог звучит как мелодия с успокаивающим ритмом. «Вот только она была бесполезна».

Корэйн вздохнула и принялась подниматься на ноги.

– Вальтик…

Но ее прервал новый поток джидийской речи. И голос, который она слышала, принадлежал вовсе не старушке. Это был густой, жизнерадостный мужской бас. И он показался ей знакомым.

Корэйн повалилась обратно на скамейку, чувствуя, как твердый край впивается в ее бедра. Она опустила лицо, взгляд и капюшон, стараясь сжаться в клубок так быстро, как только могла.