– Я думаю, что не ошибусь, если предположу, – осторожно начал Шутов, – что она не имеет ничего общего с… официальным служебным заданием. Вам просто понадобился специалист по системам бронированной охраны, и вы его нашли. Так?

 – Приятно иметь дело с умным, интеллигентным человеком, – довольно ухмыльнулся боевик. – Как вы, наверно, сами ощутили на своей собственной шкуре, наше родное государство не слишком заботится о тех, кто по долгу службы призван охранять его от врагов. Как внешних, так и внутренних. Увы, в ФСБ ситуация с финансами не намного лучше, чем в вашем институте. Вот и приходится нам, офицерам, зарабатывать себе и своим семьям на достойное существование не всегда законными методами.

 – Я понимаю ваши мотивы. Хоть и не одобряю их… Но я понимаю и то, что свободы выбора у меня, к сожалению, уже нет.

 – Увы, – развел руками Красовский. – Такова жизнь. Подумайте о жене, о сыне. Они ждут вас дома, живым и здоровым. С большой суммой денег. С путевкой к пальмам и солнцу.

 – Ну что же… Не будем тратить напрасно время и приступим непосредственно к делу, ради которого вы меня… гм… столь неожиданно пригласили в свою тесную компанию. Что конкретно я должен сделать? – сухо осведомился ученый, ибо прекрасно знал, что именно такой реакции ждут от него.

 – Нам совершенно точно известно, что примерно полтора года назад… ваш институт и конкретно вашу лабораторию попросили выполнить один спецзаказ. Подрядчиком в данном случае выступала патриархия. Припоминаете, Вячеслав Иванович?

 – Тихвинская икона Пресвятой Богородицы, семнадцатый век, дубовая основа, – не задумываясь, перечислил характеристики «спецзаказа» ученый. – Очень ценная культовая реликвия. Передана в дар Русской Православной Церкви покойным графом Гаевым, скончавшимся во Франции. Надеюсь, я не ошибся? Именно она вас интересует?..

 – Как видите, наша служба, несмотря на происходящие с ней и со страной глобальные перемены, до сих пор все и обо всех знает, – довольно хмыкнул Красовский. – Да, нас интересует именно икона. Мы бы хотели, чтобы вы рассказали, как устроена ее защита.

 – Я могу отвечать только за техническую часть контейнера, в который помещена икона, – поспешил заметить Шутов. – Что же касается сигнализации, то над ее созданием работал другой специалист.

 – Я знаю, – небрежно бросил Красовский. – Электронщик, ваш коллега из одного питерского оборонного института. Считайте, что он уже в курсе поставленной перед ним новой задачи. Этот вопрос мы уладили, так что не отвлекайтесь, – не без самодовольства произнес старлей. В гвардии Бульдога он, бывший офицер ГРУ, носил прозвище Профессор.

 – Уверен, что устройство контейнера вам известно и без меня, но, если хотите, я повторю параметры конструкции, – перешел к делу ученый. – Защита иконы выполнена, фигурально выражаясь, в виде книги, верхняя и боковые части которой состоят из кристально прозрачного и при правильно установленном освещении практически неразличимого глазом бронированного стекла типа «диамант» толщиной пять миллиметров. Задняя часть «книги», в которую вмонтирован блок автономной сигнализации, выполнена из стального сплава и устойчива к деформации всех видов. Стекло способно выдержать прямую автоматную очередь из «калашникова», а также, если потребуется, взрыв ручной гранаты типа «Ф-1» в радиусе трех метров. Вся конструкция в целом устойчива даже при обработке концентрированными кислотами и различными их смесями.

 – Иными словами, повредить икону практически невозможно? – уточнил Красовский.