– Так.

 – И вы, значит, Олег Степанович, решили загрузить меня работой, – быстро смекнул Прохор. – А я ведь охотник… И это, – Варежкин кивнул на мольберт, – всего лишь отдых. Любимое занятие. Как у вас, в столицах, говорят: хобби.

 – Вот и охоться на здоровье. А мне, старику, напишешь пару-тройку картинок в год – друзей уважить, себя порадовать – и ладно. А за труды я тебе и телефон оплачу, и с запасами и горючим помогать буду, через хороших людей в Архангельске. Ну что, устраивает такой вариант, Прохор Федорович?

 – Надо подумать, – помолчав, серьезно ответил отшельник и потрепал бороду. – Давайте вначале с вашими досками разберемся, а потом уже… о другом думать станем. Так-то оно сподручнее.

 – Как скажешь, дорогой, здесь ты хозяин, а мы твои гости, – сразу согласился Тихий. – Скажешь уехать – за час соберемся и уедем. И все, что привезли, оставим. Позволишь пожить – поживем.

 – Ну, я так думаю. Две картины али иконки в обмен на спутниковый телефон – это не много. Только ведь я таежный человек. Свободный. Дед мой был охотником, отец был охотником, и я охотником буду, пока не помру. Я привык здесь, в лесу, делать что хочу и когда хочу… Так что если зачастишь, Олег Степаныч, да начнешь просьбами досаждать, то даров твоих мне не надо. Вот такой мой будет ответ.

 – Ты отличный мужик, Прохор Федорович, – сдержанно проговорил Тихий, внутренне ликуя. – И ты правильно меня понял. Считай, договорились. Телефон – в обмен на две картины в год. По рукам?

 – По рукам! – с достоинством бросил Варежкин и покачал головой. – Надо же! Отсюда, без проводов, и со всем миром можно говорить!.. Чудны дела твои, Господи. Да и человеческие, видно, не шибко отстают. Додумались же, япошки головастые!.. Эка!

 Глава 35

 Старший научный сотрудник одного из оборонных НИИ Вячеслав Шутов сегодня возвращался с работы домой в отличном настроении – задерживаемую три месяца подряд зарплату наконец-то выдали. Было чем порадовать жену, которая каждый вечер привычно садилась за починку расползающихся от долгой носки колготок и белья и стыдливо отказывалась от всех приглашений подруг зайти вечерком на чаек, ибо с пустыми руками приходить в гости на Руси как-то не принято…

 Сегодня все будет иначе! Сегодня он отдаст Наташе сразу семь тысяч рублей – целое состояние! – и она сможет не только поставить на стол праздничный ужин, но и заказать им двоим билеты в театр, хорошо бы во МХАТ, непременно на премьеру! А потом, когда на город опустятся сумерки и за стеной уснет объевшийся сладостей и мороженого Антошка, у них будет ночь любви, такая, какой не бывало уже очень и очень давно. Завтра же, в субботу, они все вместе пойдут в магазин, где Антоха получит вожделенные ролики и корейские «адидасы».

 Вышагивая с гордо расправленными плечами по проспекту к станции метро, Вячеслав неожиданно вспомнил крылатую фразу Александра Сергеевича Пушкина: «Я деньги мало люблю, но уважаю в них чувство благопристойной независимости!» Ну разве кто-нибудь когда-нибудь сумел сказать лучше?! Ведь по-настоящему богат не тот, у кого много, а тот, кому хватает. Сегодня старший научный сотрудник Вячеслав Шутов чувствовал себя самым счастливым и самым богатым. Ведь у него к тридцати трем годам было практически все, что может пожелать скромный интеллигентный мужчина, – любимая жена, очаровательный сынишка, маленькая двухкомнатная квартирка недалеко от центра Москвы и дачный участок в шесть соток с домиком, баней и огородиком.