— Бери что надо в сундуках, — кивнул я. — Только торопись. И вот этот отвар пей. Очень бодрит, — передал я ему кувшин.

К вечеру мутанты начали движение.

Сначала поодиночке, потом группами. Они не бросались в атаку, а словно зондировали оборону — подбегали к самому дальнему частоколу, царапали его, отскакивали, наблюдали.

— Играют с нами, — пробормотал Удалов, стоя на стене.

— Не играют, — я прищурился, всматриваясь в темнеющий лес. — Они ищут слабые места.

Их было слишком много для простой разведки.

Дождь хлестал по деревянным стенам, превращая землю в липкую грязь. Мутанты рыскали у частокола, но не атаковали — они выжидали. А это было хуже всего. Бойцы стреляли, но редко. Иногда, удачно.

— «Колокола нет. Подготовленной обороны нет. Мы не готовы». — билась мысль у меня в голове.

Мысли метались, как пойманные в ловушку звери.

Все имеющиеся обереги от менталки уже розданы. Хватило не на всех. Но маги защищены.

— Ротмистр! — я схватил Удалова за рукав. — Прикажи бойцам сделать вид, что мы слабее, чем есть.

— Что?

— Пусть иногда стреляют мимо, пусть кричат, будто паникуют. Надо заставить тварюшек поторопиться.

Он не сразу понял, но кивнул.

Через минуту на стенах начался «хаос» — кто-то нарочно промахивался, кто-то громко ругался, будто кончаются патроны.

— Вороны! — раздалось с вышек.

— Самойлов, все наши ружья с картечью на стены! — тут же отреагировал я, глядя на две стаи ворон.

Началось. Неведомый кукловод поверил, что застава станет лёгкой добычей и решился на полноценное нападение, а не имитацию атак.

Вот и славно, а то у меня до последнего были опасения, что мутанты обойдут заставу и набросятся на село. Зато теперь маски сброшены! Твари решили покончить с заставой!

— Они идут! — крикнул кто-то с вышки.

Первые твари рванули к стенам.

Но я уже знал, что делать.

— По воронам, огонь!

Выстрелы картечи ударил по обеим стаям. Их поддержали маги и другие стрелки. Десятки мутантов рухнули, но остальные не остановились.

Часть вороньих стай покончила самоубийством. Щиты на вышках отлично сработали. С остальными расправились маги и стрелки.

Но у нас четверо раненых. Кто-то из мутантов, пусть и ослабленный ранами и защитой от магов, всё-таки смог прорваться по центру и ранить бойцов. Двух просто со стены скинули.

Остальных раненых уже спустили вниз, а их место заняли другие пограничники.

Из леса вывалилась основная волна — больше, злее. Они уже не зондировали — они рвались убивать.

— Сейчас! — оглянулся я на Удалова и ротмистр не подвёл.

— Все на стены! — скомандовал он, и как нельзя вовремя.

Грохот выстрелов смешался с рёвом тварей. Частокол трещал под их натиском, но пока держался. Я видел, как бойцы, стиснув зубы, перезаряжали ружья.

— Патроны на исходе! — крикнул Самойлов, отстреливаясь от подбегающих под стену тварей, — И винтовки пора менять!

— Щиты держатся? — повернулся я к магу на ближайшей к нам вышке.

— Ещё на пару попаданий, не больше! — тот вытер пот со лба. — Эти твари бьют по защите, как тараном!

Из леса донесся новый рёв. Глухой, зловещий. Мутанты вдруг разом отхлынули от стен, образовав полукруг.

— Что за чёрт… — вроде негромко пробормотал Удалов, но я его услышал.

Твари замерли. Воцарилась зловещая тишина. Только редкий крупный дождь продолжал стучать по навесам деревянных укреплений.

— Не нравится мне это, — прошептал молодой боец справа от меня.