Но этого месяца у меня нет, и вряд ли он вскоре появится. Как нет и ресурсов. Зато мой жизненный опыт подсказывает, что очень скоро у меня попробуют появиться последователи. Нежелательные. Как минимум трое офицеров уже вчера открыто высказались, что хотели бы повторить сценарий моего рейда, а ещё двое отмолчались, переглядываясь. И даже увещевания ротмистра их ни в чём не убедили. Готов поспорить, что ещё день — другой и они в кулуарных разговорах сами себя убедят, что им такой выход вполне по силам. И всё дело лишь в отсутствии артефактов Пробоя, в которых они ни бум-бум.

Что произойдёт дальше — предсказать не трудно. Эти наивные албанские парни наверняка зашлют ко мне парламентёра, который сначала будет налегать на офицерское братство и прочие благоглупости, и лишь потом подойдёт к предложению денег. А дальше случится непоправимое. Вовремя закрыть Пробой они не смогут — в итоге мы будем иметь два потерянных десятка погранцов и больше полусотни мутантов, которые разбежались по округе.

Отказать им в продаже? Тогда простые завистники превратятся пусть и не во врагов, а всего лишь в откровенных недоброжелателей.

Но недоброжелатели в нашем службе — это почти то же самое, что враги. Особенно когда речь идёт о людях, которые могут влиять на распределение заданий и прочие «мелочи», способные превратить службу в ад, а ещё писать анонимные жалобы, хотя, может и не анонимные.

Я вздохнул, отложив в сторону незаконченный браслет. Нужно будет искать компромисс.

Первое, что пришло в голову — продать им артефакты, но с условием. Не просто втюхать за приличное количество монет, а взять на себя роль наставника. Провести инструктаж, объяснить, как правильно использовать Пробой, предупредить о рисках. Конечно, это не гарантировало, что они не наломают дров, но хотя бы снижало шансы на полный провал.

Грубо говоря — можно будет поменяться ролями, где их десяток, а не мой, будет играть роль первой скрипки.

Оставался другой путь — жесткий отказ. Но не просто «нет», а с демонстрацией силы. Если я смогу показать, что мои артефакты — не просто безделушки, а смертельно опасные инструменты, которые в неумелых руках гарантированно убьют самого владельца, возможно, их пыл поутихнет.

Но для этого придётся вносить дополнения в уже работающую схему артефакта.

Я снова вздохнул. Как же всё запутанно. В своём прошлом мире я бы просто сказал «нет» и не переживал о последствиях. Но здесь отсутствие авторитета играет не в мою пользу.

И тут раздался стук в дверь.

— Войдите.

На пороге стоял молодой поручик, один из тех самых «энтузиастов». В его глазах читался неподдельный азарт.

— Подпоручик, у меня есть предложение, которое, думаю, вас заинтересует…

Вот и началось…

Поручик вошёл, стараясь выглядеть уверенно, но пальцы его нервно перебирали пряжку портупеи. Я знаю его — Карлович, из третьего десятка. Не дурак, но горячий, с амбициями, перевешивающими осторожность.

— Владимир Васильевич, — начал он, — Мы с друзьями обсудили ваш рейд. И, честно говоря, впечатлены. Очень впечатлены.

Я медленно откинулся в кресле, скрестив руки на груди.

— Это похоже на начало долгой речи. Садись, поручик.

Он сел на краешек стула, словно боялся раздавить его.

— Мы хотим повторить ваш успех. Но… понимаем, что без артефактов Пробоя это невозможно.

— Ага, — кивнул я. — И вы пришли, чтобы предложить мне золотые горы в обмен на парочку таких штук?

Карлович покраснел, но не отступил.

— Мы готовы заплатить. Но не только деньгами.