— Обстановка как раз довольно спокойная. Пока армия здесь у нас нет необходимости выхода к Куполу. Считайте, что обязательных выходов на треть убавилось.

— А я могу отказаться? — спросил я у Удалова, краем глаза отслеживая реакцию его гостя.

Он перестал изображать равнодушие и как-то нехорошо уставился на меня.

— Можете, — пожал ротмистр плечами.

— Я могу узнать причину отказа? — подал гость голос, меняя позу на менее вальяжную.

— Вам назвать все сразу? Или самые первостепенные? — повернулся я в его сторону.

— Мы могли бы с подпоручиком поговорить с глазу на глаз? — спросил гость у ротмистра.

— До ужина обеденный зал нашего собрания в вашем распоряжении, — дал понять Удалов, что он из своего кабинета уходить не намерен, как и излишне прогибаться перед кем-то, если это идёт вразрез с его служебными обязанностями.

— Ваш начальник вас ценит, — заметил гость, когда мы вышли в обеденный зал и устроились за столом напротив друг друга, — Кстати, позвольте представиться, маг восьмой степени Сорокин, Владимир Александрович. Представляю интересы Клана Кондоиди. Слышали о таком?

— Не только слышал, а ещё и лицезрел Григория Владимировича несколько раз. И не делайте удивлённое лицо. Вы же наверняка узнали, где я обучался. Давайте уже ближе к делу. Вы хотели узнать причины? Тогда я начну. Во-первых, я не люблю тесноту кают и купе

— У причала нас ждёт яхта саратовского губернатора. А до Тамбова поедете первым классом, — моментально парировал Сорокин.

— Во-вторых, я нарушу время тренировок и не сумею закончить некоторые артефакты.

— С тренировками я сумею помочь и даже приятно вас удивлю, а артефакты — дело наживное, — пожал маг плечами.

— Здесь у меня спокойная, размеренная жизнь, а в Тамбове меня дважды пытались убить.

— Со мной вам некого боятся, а на яхте нас ждёт пара охранников, которые последуют с нами до Тамбова.

— Я пока не понимаю, что вам от меня нужно?

— Снятие проклятия. Между прочим, с очаровательной девушки.

— Неужели у вас специалиста не нашлось?

— Специалист есть. И весьма опытный, но проклятие уже через день возрождается. Он лишь руками разводит, недоумевая.

— И тут появляюсь я, весь из себя сияющий и на белом коне. И легко справляюсь с тем, с чем не смог совладать ваш мастер. Так?

— Почти, — скупо улыбнулся Сорокин, — Янковским вы же смогли помочь.

— Я же попросил их не болтать лишнего! — вырвалось у меня.

— Они и не болтали. Но и врать представителю жандармерии не решились. Кстати, польскую ведьму жандармерия задержала, но отчего-то она быстро умерла и превратилась в мумию. Можете не сомневаться, но благодарственное письмо от жандармерии вы скоро получите. С причинами у вас всё?

— Конечно нет, — помотал я головой, — У меня здесь друзья, превосходное и полезное питание, отзывчивая девушка, свежий воздух, изрядный доход от трофеев. И это ещё не весь букет. На что я всё это должен променять?

— Разве пять тысяч рублей, и заиметь в должниках Тамбовского губернского предводителя дворянства, тайного советника Кондоиди Григория Владимировича, не оправдывают цель поездки? — иезуитски выверенно предложил маг.

Ещё бы. Просто нечеловеческий соблазн!

Этак, глядишь, и на службу не придётся возвращаться. Денег хватит, чтобы обучение оплатить, а влияния Кондоиди будет достаточно, чтобы документы на отставку мне за пару дней оформили.

Но с этим можно не спешить. Допустим, по той простейшей причине, что кроме как на Быковской заставе меня никто нигде не ждёт.

Разве, что ссыльный профессор мне интересные письма пишет, описывая своё врастание в помещичью жизнь при крайне неблагоприятных условиях, да второй родственник продолжает деньги присылать, хотя письмами не балует.