- Но зачем тебе кредитор?

- Видишь ли, можно выкупить у Лейдендорфа свитки. Это тут в порядке вещей. Если он захочет избавиться от них.

- Я не поняла. Лейдендорф нашел свитки, но они в библиотеке дворца, в Хофбурге.

- Тут есть одна деталь. Эл из бесед с Арнольдом запомнила это, и Хофман проговорился Алику и Димке. Туманно, но что-то там шла речь о некоем скандале по поводу этих свитков. Хофман, как человек порядочный сплетни не передает, и Арнольд - еще тот хитрец - не стал откровенничать. Есть подозрение, что в библиотеке - часть документов, а другая, видимо, осталась у Лейдендорфа или перекочевала дальше, что нам не на руку. Я старался узнать, где обитают Лейдендорфы, по каким адресам могу находиться наши предполагаемые документы, но это сложно, потому что я половину дня нахожусь в одном месте, по городу мне ездить некогда. Предположение у меня одно. Если барон их спрятал, то, скорее всего в Граце.

- Ты Эл рассказывал?

- Рано, пока. Это версия. Сегодняшний вечер подарил мне идею, достойную, пожалуй, коварного ума Дмитрия. Поскольку ты очень приглянулась Теодору, а я постоянно занят, тебе можно разыграть измену мне с Теодором. Эл как в воду глядела, описывая твою неверность. Что думаешь?

Она подумала, что он издевается.

- По-твоему я из тех девушек, которые обратят внимание на Теодора?

- Нет. Но ты можешь сделать вид, что не считаешь его действия ухаживанием. Просто дружбой. Ты научила его вальсировать, повлияй на него в другой области.

Он ожидал бурю. Она смотрела на него словно обиженный ребенок.

- Но ты сам его отпугнул. Зачем было устраивать ему сцену?

- Я думаю, мой гнев не напугал Теодора.

- Гнев?

- Я пообещал его убить.

- Ты шутишь?

- У Димки спроси.

- Знаю, как вы хорошо друг друга понимаете, даже Диану впутали, она мне стала намекать, что ты ревновал. Глупость какая, несусветная!

- Да уж, Теодор не повод для ревности.

Вот как?! Значит, он считает себя вне конкуренции? Или ревнует. Ревнует? Вряд ли. Он натура бесспорно возвышенная и доверяет ей абсолютно. Ради пользы дела?

- А вдруг на месте Теодора окажется кто-то другой? - спросила она.

Он изобразил непонимание, потом задумался.

- Здесь или в нашем времени?

Уж если она его провоцирует, то и ответ должна получить соответствующий. Настала ее очередь задуматься.

- В принципе, - сказала она.

- В принципе не бывает, - ответил он.

- Ты допускаешь, что я могу увлечься другим мужчиной? В принципе.

- Да.

У нее пропало желание продолжать этот разговор, она не любила это чувство, когда в солнечном сплетении собирался комок, а в сердце ощущение, что она делает глупость. Так нельзя. С ним нельзя.

- Ты хочешь знать, что я буду чувствовать? - спросил он.

- Нет, я не хочу знать, - сказала она. - Мне не хочется продолжать. Дурацкий разговор, как гадание на кофейной гуще.

- Дождь пошел. Действительно, осень. Димка промокнет, - сказал он.

За окном лил настоящий дождь.