- Хорошо. Вы скажете мне правду о свитках, а я не сообщу Элберету, что вы солгали ему, хоть это и против моих понятий о чести, но спокойствие этого юноши мне дороже. А вас бы следовало наказать за обман, ну да Бог вам судья. Впредь, если намереваетесь пользоваться услугами Элберета, так хотя бы не обманывайте его.

- Какие будут гарантии с вашей стороны?

- На ближайшие две недели я задержу Элберета в Вене. Еще я ни слова не скажу профессору о нашем разговоре. Надеюсь, вы не проговоритесь.

- Это не в моих интересах.

- Итак. При каких обстоятельствах свитки были подарены имератору?

- Я не знаю. Клянусь. Я не вращаюсь в таких кругах. Я знаю не больше, чем сплетники. Речь шла о каком-то скандале.

- Говорите, что знаете.

- Барон подарил короне документы, которые нашла его жена в Тунисе. Есть другие свитки.

- Документы в Хофбурге - фальшивка?

- Нет. Они просто имею иное значение для науки. Я смог установить подлинность только четырех из них. Именно они отличаются от прочих. Барон их мог просто вложить, для достоверности.

- Это их вы срисовали?

- Да. Остальные четырнадцать я не счел интересными. Несколько листов из Корана, к древним рукописям они не имеют касательства.

- Как вы определили?

- Позвольте умолчать.

- Ах, это ваше открытие?

- Да.

- Значит, существуют другие документы? Помню. Вы упоминали, что свитки в Хофбурге на трех языках. А где остальные?

- Барон их, скорее всего, продал. Так как у него были долги.

- Кому продал?

- Я не знаю.

- Между раритетами Хофмана и свитками в Хофбурге существует связь?

- Да. Это документы одного периода, они имеют один источник.

- В чем же ваше открытие?

- Я расшифровал клинопись.

Арнольд увидел удивление на лице Рагнара. Этот человек знает не мало, если так реагирует. Он понимает значение открытия.

- Вы прочли документы? - спросил Рагнар.

- Пока нет. У меня есть один латинский текст, я надеюсь на него, как на основу перевода, там есть клинописные иероглифы, переведенные на латынь.

- Поэтому вам нужен Элберет.

- С его помощью я получу результат в течение месяца.

- Ну что ж. Мальчик - ваш. Ознакомите с переводом?

- Вы же не отстанете.

Рагнар криво улыбнулся.

- Верно. Не отстану. Но это не все. Вы знаете, что свитки Лейдендорфа еще в Вене?

- Я не могу этого утверждать.

- Так в Вене или нет?! Вы должны знать. Переводчиков вашего уровня в Европе единицы. Если бы документы обрели нового хозяина, он бы начал их исследовать, вы бы знали, через профессора. Не лукавьте со мной.

Рагнар хрипловато огрызнулся. У Арнольда опять побежали по телу мурашки.

- Нет. К нам никто не обращался ни тайно, ни явно. Вы правы. Барон их еще не продал, или оговорил условия оглашения.

- Теперь другой вопрос. Родина свитков. Откуда они?

- Этим типом письменности пользовались между Иранским нагорьем и Индостаном.

- А вам зачем свитки? Слава?

- Наука!

- Не смешите, господин Шпитс. Для перевода достаточно одного документа, а остальные - лишь доказательств ради. У вас уже есть четыре и два у Хофмана. Для открытия - довольно. Так зачем?

- Я бы взялся только изучать их. Я не желаю ими владеть, даже будь у меня средства. Говорят, они приносят несчастье.

Рагнар изменился в лице. Налет ребячливости сделал суровое лицо детским, он хихикнул как мальчишка.

- Вы же… не верите в эту чушь? - спросил Рагнар.

- Я верующий. Я верю в Бога. Иноверческие письмена не могут принести добра, - Арнольд оскалился на Рагнара.