Наступила пауза. Барон фон Лейдендоф, лет пятидесяти с лишним человек с осанкой аристократа, с посадкой достойной его титула, сухими руками, с длинными кистями, сложенными на набалдашнике трости, в хорошего кроя сером костюме для прогулок, седыми вьющимися волосами и цилиндре сидел молча, как изваяние. Его глаза ввалившиеся и немного злые, на первый взгляд, сверлили собеседника.

Элберет смотрел с интересом, глаз не опустил.

Лейдендорф заехал в школу фехтования, чтобы переназначить свое занятие на другое время и там столкнулся с Бергом. Впервые за пять лет Берг вдруг обратился к нему, как к старому знакомому, но барон показал ему спину. С этого малого хватит наглости явиться для встречи даже сюда. Лейдендорф ушел из зала, но вернулся, чтобы еще раз напомнить Бергу, что он для него не существует, там и увидел молодого Макензи в поединке с Бергом. У мальчика был не просто азарт бойца, так не фехтуют на уроках, больше напоминало дуэль. Будь она настоящей, исход был бы неоднозначен. То, что юноша имеет фамилию Макензи, ему сообщил кто-то из служителей. Лейдендорф припомнил рассказ жены о новых знакомый и о женихе фройлен Карлсон с той же фамилией. И нескольким днями ранее он был в английском клубе представлен некому Макензи, который сопровождал графа. Лейдендорфу показалось, что все они из одной компании, а поскольку Матильда - дама проницательная, то Лейдендорф заподозрил, в мальчике графиню. Он изучал лицо напротив, пушок над губой, его румяное от тренировки лицо и сияющие глаза. Матильду увлекла фантазия, это был молодой человек, он был без перчаток и его крепкие руки лежали на коленях, как у примерного школьника, барон мог даже в сумерках рассмотреть тренированные кисти его рук. Женщина полжизни прожившая в корсете и без него сохранила бы скованность, а он свободно и сидел по-мужски.

- Я бы предостерег вас от опрометчивых нападок на господина Берга. Вы были вызывающе неучтивы с ним сегодня, - растягивая слова заговорил Барон назидательным тоном. - Он опасный человек. Могу ли интересоваться, чем он вам так не угодил?

- Он делал неприличные намеки моей сестре, - ответил Элберет.

- Вот как? Ваша сестра замужем, отчего же муж не вступиться за нее?

- Граф убьет Берга, если узнает, я же пригрозил. Берг может навредить графу, а мне не станет мстить, как ничтожному сопернику.

- Ах, вы милосердны и еще и умны? - и барон издал хмыканье, которое сошло бы за смешок одобрения. - Однако. Тем не менее вы поставили всех в неловкое положение, молодой человек. Не мне бы вас наставлять, но нрав господина Берга мне известен. Он вам непременно отомстит.

- Мне не отомстит, я уезжаю из Вены через два дня.

Барон снова замолчал.

- Это правда, что вы ищете свитки принадлежавшие некогда моей семье? - спросил он напрямую.

Элберет замялся.

- Вы знакомы с доктором Шпитцем? Да? Так вот он написал мне странное письмо, в котором коротко изложил сферу ваших интересов, не ваших конкретно. Не могу точно понять, кто в вашем семействе более всех интересуется ими. Он упомянул ваш талант переводчика и отзывался в лучших выражениях.

- Полагаю, о господине Гаруди он написал дурно, потому что из-за меня у них, у господина Гаруди и моего брата Грэга, был неприятный разговор с доктором Шпитцем.

- И ваш брат вдруг заинтересовался моими долгами, - недовольно пробормотал барон.

- Это дало вам повод считать нас людьми с нечистоплотным намерениями? - вспылил Элберет.

- Если бы у вас теперь была сабля, вы пронзили бы меня? - шутливо спросил барон. - Не горячитесь.

- Я не терплю таких намеков и мой возраст, и ваш почтенный возраст я не считаю помехой, - с достоинством ответил Элберет.

Барон сжал трость.

- Вы можете поклясться, что члены вашей семьи не намеренно обхаживали мою семью?

Тут глаза Элберета демонически сверкнули.