— Другую.

Он подал другую.

— Служить.

Тут пёс встал столбиком, поджав передние лапы к груди, и замер, глядя мне в глаза.

Соня повторяла команды следом за мной, и Булыч, зараза, слушался её ничуть не хуже.

Отдельно им обоим зашли прыжки через лом, положенный на два ведра. Высота была смешная, разбег ещё смешнее, но перелетал он его каждый раз с таким видом, словно брал крепостной ров. А Соня смеялась и радовалась как ребёнок.

— Он совсем не демонический, — объявила она матери, сияя. — Совсем-совсем.

Изольда посмотрела на дочь, ползающую по траве в остатках дорогого платья, и промолчала. Спина у неё, впрочем, немного расслабилась. Та мелочь, по которым понимаешь, что человек начал выдыхать.

Хороший пёс на новом месте делает для доверия больше, чем три часа разговоров.

За этой возней я и сообразил, что кое-чего важного мы до сих пор не обсудили.

— Дитрих. Вот скажи мне как человек бывалый. Ночью они придут?

Старик задумчиво поскрёб щетину на подбородке.

— Нынче вряд ли, — сказал он. — Только это не значит, что можно просто ложиться разувшись.

И дальше они с Мишей объяснили мне, как оно тут устроено, перебивая друг друга и поправляя.

Выходило вот что. Мелкие или, как они их называли «низшие» демоны в Порченых землях сами по себе твари глупые и трусоватые.

Если такому демонёнку на глаза попадётся одинокий путник или зазевавшийся пастух, он его, конечно, попробует на зуб, и путнику не поздоровится. Но на деревню, на караван, на любое место, где людей много и у них есть стены, поодиночке никто не полезет.

Для такого дела они собираются в стаю. Помногу, счётом в десятки, а то и сотни, и собираются не быстро.

— Стало быть, между набегами почти всегда есть срок, — подытожил Дитрих. — Караванщики по нему и живут. Прошла орда, значит, месяц-другой дорога спокойная. Ну или пока новая не наберётся.

— А откуда они вообще знают, куда идти? — спросил я. — Земли большие, деревень мало.

— Чуют, — пожал плечами Миша. — Кровь чуют. Огонь, дым. Где люди живут, там и след.

Тут в разговор вмешалась Эля, до этого молча помогающая устанавливать палатку.

— Поэтому и проводят ритуал, — сказала она тихо. — Местная деревня пустая уже второй год. Демоны про неё давно забыли, им там нечего искать. Чтобы они собрались быстро и наверняка пришли именно туда, нужна метка. Знак и свежая кровь. Тогда они быстрее собираются в стаю и идут на него со всей округи, как на костёр.

Наводка, стало быть. Всё продумано, ничего личного, чистая работа.

Я слушал и складывал у себя в голове простую картинку, которая в общем и так была ясна, но теперь сложилась более чётко.

Набег случился не потому, что демонам приглянулся мой гараж. Их позвали, стая собралась со всей округи и легла у моих ворот почти целиком.

— То есть большую часть здешней мелочи мы вчера и положили, — сказал я вслух.

— Похоже на то, — кивнул Дитрих. — Округа выметена. Ненадолго, но выметена.

— Ты сказал «низшие», — вспомнил я. — Значит, есть и высшие?

Старик с Мишей очень многозначительно переглянулись, и я сразу понял, что тут свои нюансы.

— Есть, — сказал Дитрих. — Только те живут иначе. Стаями не бегают, кровь по ветру не нюхают. У них свои дела, и на дюжину человек с палаткой они ходить не станут. Мелко.

Ладно. Отложим.

Полную демонологию я решил в себя пока не грузить. Всё равно за один вечер не выучишь, а проблемы лучше решать по мере их поступления. Если уж местные не опасаются, что к нам на огонёк заглянут твари намного покрепче тех, с кем мы сегодня сражались, то и мне пока на этот счёт беспокоиться не стоит.