— Стопроцентная! — четко отрапортовал Телегин. — Состав полностью укомплектован, стоит, можно сказать, под парами в депо под Хабаровском, охрана наша, с местными властями контакт полный. На всех вагонах нанесены красные кресты и названия задействованных нами в проекте международных организаций. Готовы и комплекты униформы для поездной бригады и врачей-добровольцев с эмблемами «Здоровый заключенный». В аэропорту Франкфурта-наМайне зафрахтован самолет, отправка европейских врачей-добровольцев — по первому сигналу.

— Прием по пути следования и стопроцентная вакцинация заключенных обеспечены? — спросил Бергамов Безродного.

— Так точно, Самсон Эдуардович. Проведена и пропаганда вакцинации среди заключенных, они ждут.

— Тогда все. Везите врачей, вы, Казбек Магомедович, запускайте кампанию в прессе. Старт поезда — через неделю, по Транссибирской магистрали от Хабаровска до Москвы. Дальнейшее по плану.

Телегин осторожно кашлянул и вопросительно взглянул на Бергамова.

— Вакцина? — понял его Бергамов. — Грузите.

Он встал, подошел к бассейну, постоял немного, глядя на бирюзовую рябь.

— Так, говорите, Василий Кимович, ждут заключенные вакцину?

— Ждут, Самсон Эдуардович.

Бергамов сплюнул прямо в бассейн, провел рукой по седым волосам и процедил сквозь зубы:

— Будет вам, блядь, вакцина.

Часть вторая

СМЕРТЕЛЬНЫЙ ЭШЕЛОН

Глава 1

ПРИГОВОР ДЛЯ БЕСПРЕДЕЛЬЩИКА

Номер, в котором Лиза просидела взаперти всю ночь, располагался в дальнем, дешевом крыле гостиницы, где обычно останавливались колхозники, водители и подозрительные личности с темными волосами и явно выраженным кавказским акцентом.

Костян, приставленный сторожить ее, тоже не спал.

Он сидел в кресле перед телевизором, включив местную эротическую программу и неутомимо пялясь на жеманных потаскух с силиконовыми бюстами, которые ползали по диванам, извивались под душем и щекотали друг друга в разных местах длинными ногтями.

Наконец за окном посветлело, и примерно в половине восьмого в номер постучали условным стуком. Бросив на Лизу грозный взгляд — дескать, сиди, не рыпайся — Костян, подошел к двери и спросил:

— Кто там?

— Это я, открывай, — послышался недовольный голос Сергея Батурина.

Костян отпер дверь, и двойник вошел в номер, держа в руках газету.

— Ну что, краля, не соскучилась без меня? — поинтересовался он, криво усмехнувшись.

Лиза даже не посмотрела на него.

— А у меня для тебя новости, — сказал Батурин, усаживаясь в кресло, стоявшее напротив дивана, на котором сидела Лиза.

— Какие новости могут быть у такого подонка? — брезгливо спросила Лиза.

— А вот такие! — Батурин швырнул ей на колени газету. — Вот тебе свежая газета, читай про своего Меньшикова. Пиздец ему пришел, сгорел на хрен!

Лиза нахмурилась и взглянула на газету «Утренняя Волга», которая была развернута на статье с крупным заголовком «Смерть в бензиновом аду».

Взяв газету в руки, она начала читать, и буквы поплыли перед ее глазами.

Журналист, носивший псевдоним «Артем Близоруков», писал о том, что вчера поздно вечером на бензоколонке у Петропавловской крепости взорвалась и дотла сгорела машина известного исполнителя блатного шансона Романа Меньшикова. Его обгоревший до полной неузнаваемости труп был обнаружен в салоне машины. Шансов спастись у Меньшикова не было, потому что, во-первых, взрыв неустановленного устройства, заложенного под сиденьем, произошел, когда певец остановился у колонки и еще находился за рулем, а во-вторых — немедленно вспыхнули тридцать тонн бензина, имевшегося в двух подземных танках.