На экране появился мрачный диктор на фоне заставки «Криминальная хроника», Боровик прибавил звук.

— … дополнительная информация о недавней трагической гибели известного певца Романа Меньшикова, — донеслось из телевизора. — Милиция продолжает расследование. Напомню, что популярный исполнитель так называемого русского шансона погиб в результате взрыва бензоколонки прямо в центре города, на углу Каменноостровского проспекта и Кронверкской набережной. Отрабатывая различные версии, в том числе и версию теракта, милиция пришла к однозначному выводу — взрыв произошел в результате неосторожного обращения с огнем самого Романа Меньшикова. Таким образом, дело в ближайшее время будет прекращено…

Боровик щелкнул кнопкой на пульте, и экран погас.

— Ну что, покойник, — подмигнул Арбуз, пододвигая к Роману «Смирнова», — вечная тебе память! Наливай, выпьем за помин души твоей грешной.

Разлив водку по рюмкам, Роман откинулся на спинку кресла и закурил.

— А что, может, это и к лучшему. По всему выходит, что некоторое время мне нужно побыть инкогнито.

— «Воля народа» не дремлет! — поддакнул Боровик.

— Еще как не дремлет, — Роман повернулся к Арбузу, — Миша, дай мне твою машину!

— Свою не дам!

— А я тебе хрен когда-нибудь налью!

Арбуз поднял руки вверх:

— Против лома нет приема! Приятно, когда человек обладает непреодолимой силой убеждения.

Нагнувшись, Арбуз пошарил в сейфе, вмонтированном в тумбочку стола, достал оттуда пластиковую карточку со связкой ключей и перекинул их Роману через стол.

— Свою машину не дам, возьми вот эту.

— Небось рухлядь какая-нибудь? — подозрительно спросил Роман, разглядывая ключи и документы.

— Да уж не «Ламборджини», тебе сейчас светиться ни к чему. Не боись, старый добрый «БМВ».

— А еще… — Роман взял свою рюмку и задумался.

— Что — еще? — поинтересовался Арбуз.

— Мне бы пистолет…

— Что? — удивился Арбуз.

— Пистолет, вот что, — раздраженно сказал Роман и залпом выпил водку, — это такая штука, которая стреляет пулями. Понимаешь, сейчас у нас настало опасное время, и вы-то вооружены, а я голый, как в бане.

— Понимаю, — ответил Арбуз, — понимаю и поддерживаю.

Он вопросительно посмотрел на Боровика, и тот, немного подумав, кивнул.

— Значица, слушай, — сказал Арбуз, — сам я тебе оружия не дам, чтобы потом в случае чего не пришлось врать. А ты сегодня приезжай в пять часов на рынок «Юнона», встань около рекламы «GSM» и стой. Будь одет так же, как сейчас. К тебе подойдут.

— Понятно. А как…

— Не надо задавать лишних вопросов, — мягко прервал его Арбуз.

— Понятно.

Роман посмотрел на часы.

— Так ведь уже половина четвертого, — сказал он озабоченно, — надо потихоньку собираться.

— Вот и давай, — усмехнулся Арбуз, — а мы тут без тебя водочки выпьем.

— Алкоголики, — фыркнул Роман и поднялся с кресла.

Ровно в пять часов Роман, загримированный и замаскированный большими черными очками, стоял под огромным рекламным щитом, призывающим познать счастье в жизни всего лишь за восемь центов в минуту, и глазел по сторонам. Вокруг сновали покупатели, продавцы, спекулянты, карманники и просто темные личности.