Изменить размер шрифта - +
Гранитная лестница казалась бесконечной, и когда впереди наконец-то показалась ярко освещенная оранжево-желтыми фонарями улица Маршала Чуйкова, Роман уже основательно выбился из сил.

Усадив Лизу на первую попавшуюся скамейку, Роман бросился ловить машину, однако редкие таксисты и частники проносились мимо него, даже не притормаживая, стоило им только заметить бессильно откинувшуюся на скамейке Лизу.

Плюнув, Роман огляделся и с радостью обнаружил, что, несмотря на поздний час, кое-какая жизнь на абсолютно пустынной на первый взгляд улице Маршала Чуйкова все-таки теплится.

На фасаде второго от скамейки дома по противоположной стороне улицы ярко горела переливающаяся всеми цветами радуги надпись «Продукты, 24 часа». Дверь в «Продукты» была открыта настежь, напротив двери прямо на тротуаре стояла насквозь проржавевшая «копейка» неопределенного цвета с открытым багажником. Разгрузкой багажника занимался какой-то мужчина, расторопно перетаскивающий в магазин картонные коробки с позвякивающим содержимым.

Мужчина оказался средних лет лицом кавказской национальности. Выслушав Романа, он равнодушно пожал плечами.

— Гостиница «Мамай», говоришь? Почему нет?

— Слышь, друг, — попросил Роман, — и достань нам какого-нибудь коньяку поприличнее из своих коробочек.

— Почему нет? — повторил кавказец и закопошился в багажнике.

— Вот, бери, дагестанский, настоящий, у меня весь хороший… — он протянул Роману бутылку, не удержался и покосился на Лизу, — а безобразничать не будешь?

— Не буду, не буду, — усмехнулся Роман, — я на сегодня уже отбезобразничал.

— Ну тогда поехали! — кавказец решительно захлопнул багажник. — Этот товар-шманар потом разгружу, не убежит. Сто баксов, и ты дома, дорогой!

Гостиница была километрах в двух, максимум в трех, однако Роман махнул рукой и согласился. Вдвоем они усадили Лизу на заднее сиденье, Роман примостился рядом. Когда «копейка», взвыв натруженным мотором, рванула с места, Лиза пришла в себя и открыла глаза.

— Что это было, Рома? Какой ужас…

— Не волнуйся, все обошлось.

— А где этот тип, он такой страшный, все как во сне…

— Он ушел, забудь. Давай-ка лучше выпьем.

Роман открыл коньяк, протянул бутылку Лизе. Сделав маленький глоток, Лиза поперхнулась, закашлялась, потом облегченно вздохнула и уткнулась лицом в грудь Роману.

В зеркале заднего вида мелькнули глаза кавказца, Роман встретился с ним взглядом. Кавказец усмехнулся и замурлыкал под нос какую-то восточную мелодию.

 

Глава 3

КАК СТАТЬ ТРУПОМ

 

— … Вот такие дела, — Роман закончил рассказ о волгоградских приключениях и потянулся за рюмкой.

Роман, Лиза, Боровик и Арбуз сидели в кабинете Арбуза за огромным стеклянным столом, в центре которого в окружении разнообразных маринадов и соленостей располагалась запотевшая двухлитровка «Смирновки», установленная на штативе из бронзовой проволоки на манер колодезного журавля. В углу кабинета глухо бормотал телевизор с плазменным экраном в полстены.

Арбуз ухватился за горлышко, наклонил бутылку и поочередно наполнил рюмки.

— Ну что, выпьем за ваше чудесное избавление! — торжественно провозгласил он.

И добавил после того, как все выпили, задумчиво похрустывая пупырчатым нежинским огурчиком:

— А ты ведь, друг детства, теперь у нас вроде как маг и волшебник, Гэндальф, едрен-батон…

— Тихо, тихо! — прервал его Боровик и схватился за пульт телевизора. — Опять про Ромку!

На экране появился мрачный диктор на фоне заставки «Криминальная хроника», Боровик прибавил звук.

Быстрый переход