сильной.

— Ты хочешь меня? — спросил он, заставляя мои руки сгибаться и изгибаться.

— Нет, — прошептала я, не в силах встретиться с ним взглядом. Я не хотела, чтобы

он знал, насколько это была не правда.

На его губах появилась ухмылка, и, приложив губы к моему уху, он произнес:

—  Ты  лжешь.  Я  знаю,  когда  ты  лжешь,  Элен.  Я  вижу  обман  на  твоем  прекрасном

лице,  слышу  его  в  твоем  мягком  голосе.  —  Он  отступил  назад  и  по-настоящему

встретился  со  мной  взглядом.  —  Теперь  я  знаю  твое  тело,  маленькая  грузинка.  Я  вижу, что ты хочешь меня. — Он подошел ближе. — Так же, как я хочу тебя.

Огонь и лед боролись за господство. Но когда его палец скользнул по складкам моей

сердцевины, проведя кончиком вдоль входа, огонь одержал победу.

Он  зарычал,  когда  я  вскрикнула  от  этого  ощущения,  но  тут  же  отдернул  палец  и

поднес  его  ко  рту.  Я  боролась  за  самообладание,  когда  он  провел  пальцем  по  губам, прежде  чем  засунуть  его  в  рот  и  сильно  пососать.  Его  глаза  вспыхнули,  когда  он  убрал

палец  и  провел  подушечкой  по  моим  губам.  Он  смотрел  на  свой  палец  в  восхищенном

внимании, прежде чем наклониться и произнести:

—  Если  ты  не  хочешь  меня,  kotyonok,  то  почему  твоя  киска  такая  чертовски

влажная?

Дрожь сотрясала мое тело от его грубых слов и грубого тона. Я молчала, не зная, что

сказать  в  ответ.  Потом  он  широко  улыбнулся.  Мои  легкие  сжались  от  ошеломляющего

вида  его  поврежденного  лица,  выглядящего  таким  ярким.  Затем  его  рука  скользнула

обратно  между  моих  ног.  Мои  бедра  инстинктивно  подались  вперед,  преследуя  его

прикосновение.

Он только еще больше улыбнулся.

Он провел языком по моей щеке, а его палец начал скользить взад и вперед между

моих  складочек.  Я  старалась  держать  глаза  открытыми.  Я  пыталась  показать  всю  силу

своего  сопротивления  его  интимному  прикосновению,  но  мои  глаза  закрылись  от

пьянящего ощущения.

—  Ты  вся  течешь,  kotyonok,  —  промурлыкал  он  с  сильным  русским  акцентом,  в

котором  чувствовалось  вожделение.  —  Ты  когда-нибудь  раньше  кончала?  Ты  когда-нибудь прикасалась к себе, заставляя кончить?

Мне  удалось  покачать  головой,  всхлипывая.  Тогда  он  провел  пальцем  по  моему

клитору. Его палец застыл, и я дернулась, пытаясь впитать ощущение, которое он принес.

Когда я открыла глаза, то увидела, что он с нетерпением ждет ответа.

— Нет, — призналась я, — я никогда раньше не прикасалась к себе.

Воздух со свистом вылетел из его рта, и он придвинулся ближе ко мне. Его горячая

грудь задевала мою.