Пальцы  увеличивали  скорость,  пока  я  не  испугалась,  что  стреляющие  вверх  по

позвоночнику разряды удовольствия вырвутся и поглотят все мое тело. Потом вдруг мои

мышцы напряглись, сердце бешено заколотилось, и перед глазами вспыхнул яркий свет. Я

сопротивлялась  жгучему  покалыванию  между  ног,  но  лицо  мужчины  напряглось,  и  он

властно приказал:

— Кончай!

Крича от грохота блаженства, взявшего мое тело в заложники, мои легкие горели, а с

кожи капала влага.

Он  зарычал  передо  мной,  и  я  почувствовала,  как  его  твердая  как  камень  длина

прижалась к моему бедру, его влажный кончик прошелся по моей коже. Но его пальцы не

останавливались. Они кружили и кружили вокруг моего клитора, пока я не начала биться

в  конвульсиях.  Моя  сердцевина  была  слишком  чувствительной.  Я  не  могла  вынести  его

прикосновений. Мои мышцы напряглись, проверяя прочность оков.

Мои глаза распахнулись. Увидев, что он смотрит на меня с пылающим выражением

лица, я взмолилась:

— Пожалуйста, — прерывающимся голосом, — это слишком. Я не могу это принять.

Но он не остановился. Вместо этого он быстрее зашевелил пальцами и спросил:

— Как тебя зовут?

— Элен, — произнесла я, жадно хватая воздух.

Его  пальцы  двигались  быстрее  до  тех  пор,  пока  я  снова  не  почувствовала,  как

нарастает давление в моем позвоночнике.

— Нет, — взмолилась я, — только не снова. Я не могу…

Но он продолжал работать руками, наказывая меня ошеломляющими ощущениями.

— Кто для тебя Заал Костава? — спросил он.

Я отрицательно качала головой, слезы текли по моим щекам.

— Никто. Я его не знаю.

Я  давилась  рыданиями,  когда  давление  начало  снова  возрастать.  Как  только

ослепительный свет позади моих глаз раскололся на миллион осколков, он спросил:

— Кто твоя семья? Где твоя семья, маленькая грузинка? Скажи мне!

Боль  разрезала  меня  пополам  при  упоминании  о  моей  семье,  сильнее,  чем  любой

кинжал. Когда мучительное блаженство ворвалось в мое усталое тело, я выпустила боль, длившуюся два десятилетия, и закричала:

— Они мертвы! Они были убиты прямо на моих глазах! Ты счастлив?

Я закашлялась от своих резких слов и прохрипела:

— Ты счастлив теперь, когда заставил меня сломаться?

Мое  сердце  бешено  заколотилось  после  этого,  смесь  сильного  удовольствия, спускающегося вниз, и разрушительных воспоминаний о том дне, теперь были полностью

перед моим мысленным взором.

Рыдания  сотрясали  мое  тело.  Мне  потребовалось  мгновение,  чтобы  понять,  что

мужчина  убрал  свои  пальцы  от  меня.  Его  грудь  больше  не  прижималась  к  моей  коже.

Мгновенно я почувствовала холод, мое тело безвольно повисло, поддерживаемое только

цепями. Затуманенными глазами я увидела, как он застыл передо мной, наблюдая за мной.

Его  покрытое  шрамами  лицо  было  суровым,  а  мышцы  напряженными.  Чувство

невероятного смущения охватило меня, когда я подумала о том, что он только что со мной

делал.