Он вернулся к отряду и выразительно глянул на Генриха, лицо которого от этого взгляда стало серым, как пепел. Гнев, который сверкал в глазах человека, легко поймавшего на лету громадный боевой топор, заставил императора принять верное решение.

– Я рад, что вы не пострадали, Леопольд! – сказал он, наблюдая, как тупое изумление сменяется на лице герцога запоздалой яростью. – Я узнаю, что это был за человек, и если это тамплиер, то клянусь, Парсифаль мне ответит! Надеюсь, вы сдержите слово и привезёте Ричарда в Вормс ровно через два месяца. Я пришлю к вам воинов, чтобы сопровождение было более надёжным. Прощайте.

И, не глянув более ни на кого, Генрих развернул коня. Его отряд столь же поспешно перестроился и пустился вслед за своим государем.

А Седрик, повернув топор, протянул его Эдгару:

– Такой тебе подойдёт, сынок?

– Ну да. Спасибо, мессир! Ваше величество, можно вас попросить? Положите руки вот сюда, на камень.

– Вы же его изувечите, рыцарь! – ахнул Леопольд. – Я так полагаю, лучше найти кузнеца.

– Не волнуйтесь! – Ричард подмигнул герцогу. – У этого рыцаря я сам учился кузнечному мастерству. Давайте, Эдгар!

Молодой человек широко взмахнул топором. Удар, ещё – и оба толстых кольца кандальной цепи, распавшись, свалились с рук короля.

– Первый раз вижу такое! – признался Леопольд. – Впрочем, я прежде не видал и чтоб такую топорину запросто поймали в воздухе. Я вам обязан жизнью, мессир...

– Сеймур. Седрик Сеймур, рыцарь его величества. Ведь так, государь? – повернулся Седой Волк к Ричарду. – Вы признаёте меня своим вассалом и рыцарем?

– Ещё бы! Хотя, если уж говорить по совести, вы скорее рыцарь королевы. О Боже, никак вы покраснели, а? Зря. Моей матушке почитают за честь служить и молодые рыцари, такая уж она дама и такая королева! Ну так что же? Едем в Дюренштейн?

Это было произнесено не с вопросом, а скорее – как приказ. Леопольд, слегка растерявшийся, кажется, готов был произнести покорное «да». Но Фридрих протестующе взмахнул рукой:

– До Дюренштейна даже самым быстрым ходом добираться неделю. А наш «друг» Парсифаль постарается помешать нам доехать туда. У него здесь могут найтись достаточные силы – отыскал же он так быстро этого метателя топора! Шестое число – через три дня, и колдун не захочет упустить этот день.

– Да что он такое затеял, кто нибудь мне объяснит? – в недоумении воскликнул Ричард Львиное Сердце.

– Потом, государь, потом! – отозвался Эдгар Лионский и вопросительно поглядел на Тельрамунда. – Тогда что нам делать, Фридрих?

– Ехать в Антверпен, в монастырь. Там ему нас не достать.

– Хорошенькое дело! – опомнился Леопольд. – Это мой пленник, и я не позволю вам им распоряжаться. Неужели мой отряд не справится с горсткой поганых тамплиеров?

– Поганых тамплиеров могут явиться и сотня, и две, – заметил Тельрамунд. – И я бы на твоём месте не рисковал, Лео. Поедем с нами, так оно будет спокойнее. Шестое число минёт, тогда мы окажемся в относительной безопасности: они нас не тронут. Пока не тронут. Потому что, – лицо тевтонского рыцаря вновь помрачнело, – я уверен: есть у них в запасе и другая дата...

Глава 4

Мечты магистра

– Они всё таки обыграли нас! Обыграли, это надо признать. Будь двадцать раз проклят тот день, когда я подпустил так близко к нашим тайнам треклятого Тельрамунда, и сто раз будь проклят каждый из дней, когда посланным мною людям не удалось его уничтожить! А Генрих то, Генрих – какое ничтожество! Трус, предатель и мерзавец!

Окончательно выйдя из себя, Парсифаль запустил в стену кубком, и по светлому ковру расплылось рубиновое вино.