Этого невозможно представить. Впрочем, все это было из области фантастики… Чаю?

Или кофе? Или чего‑нибудь выпить?

– Спасибо, – отказался Пастухов. – Не нужно ничего. С меня достаточно, что вы отвечаете на мои вопросы.

– Я делаю это, чтоб выполнить долг перед отцом. И только. У меня нет никаких иллюзий. Убийца не будет найден. Вы человек здесь чужой и просто не представляете, какие деньги и силы здесь задействованы. Сотни миллионов долларов. Я говорю о порте. Если бы у нас были предвыборные тотализаторы, я бы разбогател, потому что со стопроцентной уверенностью могу сказать, кто станет губернатором.

– Кто? – спросил Пастухов.

– Хомутов. Нынешний губернатор, представитель движения НДР.

– Рейтинг у него – всего 21 процент.

– Вы верите во все эти рейтинги? А я верю в реальность. Хотите пари?

– Нет, – отказался Пастухов. – Я спорю только тогда, когда уверен в успехе. А в успехе я уверен, когда владею ситуацией. Сейчас же для меня все как в тумане.

Почему вы считаете, что губернатором станет Хомутов?

– Это очень просто. Для развития порта и вообще промышленности нашего города, как и всей России, нужны иностранные инвестиции. Извините, что говорю вам такие банальные вещи. Деньги могут дать только немцы. А если на выборах победах коммунист, наш город, и вообще Россия, не получит от них ни пфеннига. Я не считаю себя ни демократом, ни коммунистом, но на их месте я поступил бы точно так же. Демократы разворуют часть денег. Увы, это факт. Но часть все‑таки пустят в дело. А коммунисты часть разворуют, а остальное расфукают на социальные программы. Им же придется выполнять предвыборные обещания. А где на это взять деньги?

– Имел ли Николай Иванович какое‑нибудь отношение к порту?

Юрий задумался и ответил не сразу:

– Скажем так: он видел порт в исторической перспективе.

– Какую программу он хотел предложить «Яблоку»?

– Этого я не знаю. Он не объяснял, зная мое нелюбопытство к таким вещам, а я не спрашивал.

– Давайте перейдем к последним дням, – предложил Пастухов. – Я знаю, что это самые тяжелые воспоминания, но вам придется вспомнить все до последней мелочи.

– Это мой долг перед отцом, – согласился Юрий. – Спрашивайте.

– Когда у Николая Ивановича возникла мысль баллотироваться в губернаторы?

– Незадолго до конца регистрации кандидатов. До этого он ничего об этом не говорил и даже, по‑моему, не думал. Потом произошло одно событие, которое его не на шутку взволновало. Более того, он был возбужден так, как я никогда в жизни не видел. Вообще‑то он был спокойным и даже несколько флегматичным человеком.

– Что это за событие?

– По форме оно очень простое. Утром он вышел к калитке, чтобы взять газеты.

Среди газет оказался довольно плотный пакет в коричневой бумаге без обратного адреса и, по‑моему, вообще без марок. Отец всегда читал газеты у себя наверху, в кабинете. Так было и в этот день. Но вдруг он спустился вниз и сказал мне:

«Кажется, сбылись мои самые худшие предположения». Я спешил на работу, поэтому не стал расспрашивать, а вечером отец ни на какие мои вопросы не отвечал. Этого конверта у него я больше не видел. Что было в нем – понятия не имею. О каких худших предположениях он говорил – тоже. Я знаю только одно: в тот вечер он был у губернатора – у Валентина Ивановича Хомутова. Причем в неурочное время, вечером. Хомутов принял его, потому что они были очень давно знакомы и у отца учились оба сына Хомутова.

– В каком состоянии он от него пришел?

– Я бы сказал так: в угнетенном.