Узор тихо загудел. У Вуали возникло ощущение, что он не доверяет ей полностью. Что поделать, она и сама себе не вполне доверяла.

– Надо о многом подумать после твоего рассказа, – проговорила Вуаль. – Пожалуйста, больше не скрывай от нас ничего. Хорошо?

Рисунок Узора замедлился, затем ускорился, и он кивнул.

– Отлично. – Вуаль глубоко вздохнула.

Что ж, с этим покончено.

«Кто убил Йалай?» – прошептала Шаллан изнутри.

Вуаль замерла в нерешительности.

«Возможно, именно Узор все это время двигал куб, – продолжила Шаллан. – И именно из-за него Мрейз услышал нашу легенду про искаженных спренов. Но кто-то убил Йалай. Кто?»

Шквал. В этом беспорядке таилось что-то еще. Куда более важное. Вуали, однако, требовалось время, чтобы переварить услышанное. Так что на данный момент она отложила все это в сторону и взяла коммуникационный куб. Она повторила заклинание:

– Соедини меня с Мрейзом, куб, и передай ему мой голос.

На этот раз все заняло больше времени, чем обычно; она не знала, в чем разница. Она просидела минут десять, прежде чем Мрейз наконец заговорил.

– Надеюсь, у тебя есть только хорошие новости, маленький нож.

– Нет, плохие, но ты все равно их получишь. Это Вуаль, со мной Узор. Мы вычеркнули из списка последнего человека в Стойкой Прямоте. Либо Рестарес научился маскироваться так, что я не могу его заметить, либо его здесь нет.

– Насколько ты в этом уверена? – спокойно спросил Мрейз.

Она никогда не видела, чтобы он расстраивался из-за плохих новостей.

– Ну, не целиком и полностью, – призналась она. – Я уже сказала, что он мог замаскироваться. Или твои разведданные неверны.

– Возможно, – согласился Мрейз. – Связь между мирами затруднена, информация распространяется медленно. Ты спрашивала, не покидали ли люди крепость в последнее время?

– Спрены утверждают, что последний человек ушел пять месяцев назад. Но это была Азур, а не Рестарес. Я ее знаю. Я описала предмет наших поисков нескольким спренам чести, но они говорят, что описание слишком расплывчатое и что многие люди кажутся им похожими. Я склонна думать, что они говорят правду. Они совершенно забыли упомянуть, что Шестнадцатый – человек, которого я планировала перехватить последние несколько дней, – родом из Шиновара.

– Тревожно, – сказал Мрейз.

– Ты был уклончив в своих ответах. Позволь спросить без обиняков. Мог ли Рестарес стать светоплетом? Криптики имеют другие требования к узам, чем большинство Сияющих.

– Я очень сомневаюсь, что Рестарес присоединился бы к какому-нибудь Сияющему ордену. Это не в его характере. Однако я полагаю, что мы не можем сбрасывать со счетов такую возможность. В космере существуют вариации светоплетения, которые не требуют спрена, плюс имеются Клинки Чести, которые нынче плохо отслеживаются даже нашими агентами.

– Я думала, они все в Шиноваре, кроме того, которым владеет Моаш.

– Так оно и было.

Мрейз сказал это просто, откровенно, с намеком: она больше не получит никакой информации на эту тему. По крайней мере, пока не закончит эту миссию, после чего он пообещал ответить на все ее вопросы.

– Тебе следует вооружиться буресветом, – продолжил Мрейз. – Если ты не нашла Рестареса, есть шанс, что он знает о твоем присутствии, а это может быть опасно. Он не из тех, кто сражается, пока его не загонять в угол, но в подобном случае на этой планете найдется мало существ, в той же степени опасных.

– Замечательно, изумительно! – воскликнула Вуаль.