Туми запульсировал в новом ритме. Ритме войны. Он узнал его совсем недавно и хотел донести эту важную новость до братьев и сестер.

«Ренарин знает?» – подумал Рлайн.

«Он предложил тебя, – сказал Туми. – И рассказал о тебе нашей матери. Он был прав. Наша связь будет крепкой, и ты станешь грандиозным. Мы благоговеем перед тобой, Рлайн. Соединяющий Разумы. Для нас это большая честь».

Честь. Это было приятно. Принять решение – и узнать, что ты избранный.

Каладин ждал их внутри контрольного здания. Он осуществил перенос с помощью Сил-клинка. Воздух Расколотых равнин был влажнее и показался… знакомым, когда они ступили на платформу за пределами Нарака.

Там они встретились с Лешви и остальными четырьмя Сплавленными, которые, будучи перенесены сюда ранее, пришли в сознание. Зависнув над землей, Лешви почтительно склонила голову в сторону Каладина.

– Ты могла бы остаться в Нараке, – сказал ей Каладин. – Мы будем рады помощи.

– Мы сражались против своих, чтобы сохранить чьи-то жизни, – ответила Лешви. – Мы не хотим, чтобы это повторилось. Мы найдем третий вариант, вне этой войны. Путь слушателей.

– Мы их разыщем, – уверенно пообещала Венли. – Пока не знаю как.

– Ну, тогда идите, и да пребудет с вами Честь, – сказал Каладин. – Помните про обещание королевы. Если вы передумаете или вам и вашим близким понадобится убежище, мы примем вас.

Небесные поднялись в воздух, напевая в ритме восхваления. Они начали спускать новых слушателей – и их припасы – в ущелье для похода на восток. Теперь, когда буря миновала, а Сплавленные наблюдали за ущельными демонами сверху, им предстояло добраться до восточных равнин, куда ушли другие слушатели.

Рлайн обнял Венли и запел в ритме восхваления.

– Я такого не заслуживаю, – прошептала она. – Я была слаба, Рлайн.

– Тогда стань лучше, – сказал он ей, отстраняясь. – Это путь Сияния, Венли. Мы оба ступили на него. Напиши мне через даль-перо, как только найдешь остальных, и передай мои наилучшие пожелания Тьюду и Харво, если они живы.

– Ты скоро придешь к нам?

– Скоро, – пообещал он и посмотрел ей вслед.

Каладин подошел к Рлайну и положил руку ему на плечо. Рлайн не чувствовал броню, хотя она, по-видимому, всегда была на Каладине – невидимая, но готовая на всякий случай. Похожая на осколочный клинок, но состоящая из множества спренов.

Каладин не стал спрашивать, хочет ли Рлайн уйти вместе с остальными. Рлайн решил, что ему нужно остаться, по крайней мере, до возвращения Ренарина. Помимо этого… ну, было что-то, чего Рлайн теперь опасался. Смутная мысль, однажды придя ему на ум, никак не желала уходить. Если у людей появится возможность одержать победу в этой войне, принеся в жертву разумы всех певцов, как они это сделали в прошлом, – они бы ею воспользовались? Неужели они снова поработят целый народ, если представится шанс?

Рлайн тревожился. Он доверял Каладину и друзьям. Но человечеству в целом? Это уж чересчур. Кто-то должен оставаться в гуще событий, чтобы наблюдать и проверять.

Он когда-нибудь навестит слушателей. Но он был Сияющим, и он был из Четвертого моста. Уритиру – его дом.

– Пошли, – сказал Каладин. – Пора как следует проводить Тефта. Среди друзей.

Поле зрения Таравангиана расширилось, его разум расширился, его сущность расширилась. Время утратило смысл.