— И что ты решила сделать? Убить его?

— Нет. Видимо, мое сердце еще хотело опровержения. Я поехала к нему в офис. Не знаю, на что я рассчитывала. Мужа я увидела издалека. Он стоял на тротуаре. В этот момент около него притормозил автомобиль. Из него вышла женщина. Мой муж наклонился к ней и поцеловал ей руку. О, лучше бы я этого не видела! В глазах потемнело, и я окончательно потеряла способность к логическому мышлению. Сейчас я даже не могу вспомнить, выпрыгнула ли я из машины на полном ходу или попросила водителя остановиться. Праведный гнев душил меня и требовал действий… — Линда опять замолчала.

Элизабет тоже не проронила ни слова. Ей не хотелось мешать Линде. Именно сейчас сестра может сказать то, что потом пригодится для ее защиты.

— Парочка не обратила на меня внимания, — продолжила свой рассказ Линда. — Когда я добежала до места их встречи, они уже скрылись в дверях, но в воздухе еще витало облачко пряного аромата, того самого, каким пахла проклятая записка. Нет! Это я сейчас так говорю. Тогда мне казалось, что на том месте, где мой муж целовал руку этой стерве, стоит туча вони. Влетев в офис, я кинулась к лестнице, ведущей наверх, где располагались холл и кабинеты, в том числе и кабинет моего мужа. Охранники бросились мне наперерез. Но разве могли остановить меня всего-навсего двое мужчин? Со мною не сладили бы и все специально обученные агенты МИ-6!

Элизабет невольно кивнула в знак согласия. Она-то очень хорошо знала, в какую разъяренную фурию может превратиться ее сестра, если возьмется искоренять зло или защищать себя.

— Один из мужчин схватил меня за руку. Я вывернулась, вырвала руку, взмахнула ею и толкнула другого подошедшего ко мне охранника. Откуда только силы взялись? Не понимаю! Сделала я это настолько удачно, что тот осел на задницу.

— Ты попала ему ребром ладони по шее. Этот охранник утверждает, что ты каратистка.

— Может быть, я в прошлой жизни была самураем?

— Ладно, самурай, рассказывай дальше.

— Я рысью рванула наверх. Наконец я догнала идущую по коридору парочку. Сначала я налетела на женщину, толкнула ее и схватила за волосы. Она не ожидала нападения и оказалась для меня легкой добычей. Я немилосердно терзала ее шевелюру. Кто-то попытался меня остановить, но я быстро пресекала все попытки. Когда от волос соперницы осталась только одна прядь, я перенесла внимание на мужа. Я кинулась к нему, а мой взгляд почему-то неожиданно сфокусировался на возвышающейся в коридоре около какой-то двери бронзовой штуковине. Возможно, это была статуя, не знаю. Я схватила ее. Наверное, она была тяжеленная. Жажда мести удесятерила мои силы…

— Нет, — не выдержала Элизабет. — Месть не удесятерила твои силы, Линда, она увеличила их в сто, а может быть, и в тысячу раз. Эту бронзовую статую не сдвинул бы с места ни на йоту даже мужчина богатырского сложения, но ты, маленькая хрупкая женщина, легко с ней справилась.

— Да. Пылая праведным гневом, я взмахнула первобытной палицей и опустила ее на Шарля. Послышался крик, и в тот же момент я увидела рядом с собой распростертое тело, но… не мужа! Предо мною лежал неизвестный мне мужчина. Рядом покоилась женщина. Вот так по моей вине получились два трупа.

— И что дальше? Почему ты решила выпрыгнуть в окно? Тебя арестовали?

— Нет. Вокруг нас собралась толпа. Видимо, сотрудники, заслышав дикие крики в коридоре, поспешили удовлетворить свое любопытство. Люди стояли как вкопанные. И я бросилась бежать. Никто даже не пытался меня задержать. Как и на чем я доехала домой, я не помню. Распахнула окно и прыгнула вниз.

— Да. Прямо в кузов проезжающей машины.