– Одну минуту. Я хочу кое–что добавить к тому, что сказала Молли.

Ивонн постаралась изобразить улыбку, но такую, чтобы все мы сразу поняли, с каким трудом ей удается владеть собой. Она разливалась соловьем о том, как много значил для нее Тедди, как много он значил для журнала, и все в таком духе – словом, говорила именно то, что полагается говорить в таких случаях, но я слушала ее вполуха. Я старалась вспомнить, где, по словам Ивонн, она была, когда ей позвонили охранники. Сегодня она была не в своем повседневном костюме от «Макс Мара», который был на ней и вчера ночью, когда мы ездили к Хелен, а в слегка экстравагантном разноцветном облегающем платье от Версаче. Неужели из–за того, что на костюме осталась кровь?

К сожалению, все попытки выудить какую–либо информацию у Ивонн следовало оставить на потом. Мне нужно было торопиться в полицию на встречу с Хелен и Кенди, чтобы участвовать в опознании и всех последующих перипетиях.

Я подумывала о том, чтобы симулировать кому, но испугалась, что тогда Ивонн захочет пойти вместо меня, а я ни в коем случае не хотела подпускать ее близко к Хелен до тех пор, пока мне не станет ясно, что происходит.

Ивонн закончила свое обращение к войскам проникновенным заявлением о том, что Тедди навсегда останется в наших сердцах, и даже стукнула себя кулаком в грудь жестом Селин Дион. В какой–то момент я с ужасом подумала, что она сейчас запоет, но Ивонн, скорбно склонив голову, отошла от основной группы. Это, конечно, здорово смотрелось, но в данных обстоятельствах казалось чересчур патетическим. Я потянулась за сумкой, но Ивонн успела схватить меня за рукав.

– Поминальная церемония. Должна быть на высшем уровне.

– Я уверена, что Хелен устроит все наилучшим образом.

Ивонн вцепилась в мою руку, как ястреб в добычу. Если завтра обнаружатся синяки, ничуть не удивлюсь. Я попробовала высвободиться, но Ивонн меня не отпускала.

– Не хочу, чтобы Хелен забивала себе этим голову.

Ага, Людовик XVI тоже не хотел, чтобы Мария–Антуанетта забивала свою прелестную головку всякими пустяками, и где в конце концов оказалась эта головка? Как и его собственная, если на то пошло.

– Что ты предлагаешь, Ивонн?

– Мы оплатим прием.

Я хорошо относилась к Тедди, но следить за балансом на своем банковском счете давно вошло у меня в привычку.

– Кто «мы»?

– Журнал, – я с подозрением ждала продолжения. Ивонн выпустила рукав, но тут же сгребла мою ладонь. Уф–ф, по крайней мере восстановится кровообращение. – Прием должен быть масштабным, таким, как был сам Тедди. И Хелен не должна платить.

Как ни странно, я понимала логику Ивонн. Если Хелен не будет настаивать на том, чтобы ограничить круг приглашенных самыми близкими, то прием неминуемо превратится в многолюдное корпоративное мероприятие. А Хелен есть о чем беспокоиться и помимо того, чтобы за это платить.

– Я уверена, Хелен оценит твое предложение, но…

– Вот и отлично. Поговори с ней.

Не совсем то, что я имела в виду, но лучше уж я, чем Ивонн.

– Хорошо.

– И еще: твоя подружка, Трисия.

– Прошу прощения?

– Пусть она этим займется.

– Организацией церемонии? Не знаю, Ивонн, вообще–то это не совсем ее профиль.

– Деньги не проблема.

Какая всесильная фраза. Может заставить пересмотреть любое решение, хотя бы ненадолго. Трисия не специализируется по траурным церемониям, но я не сомневалась, что она с блеском справится. И если Ивонн и вправду готова пролить золотой дождь, Трисия обеспечит Тедди грандиозное прощание.