Пистолет хотел задать вопрос, но не осмелился, боясь, что она остановится и перестанет рассказывать.

– Отец ушел на войну, а его ведьма связалась с одним негодяем. И она пожаловалась ему, когда один папин сынок поссорился с Гектором. Тот его высек и посадил на хлеб и воду. Мальчики были старше меня. Надеюсь, они сбежали туда, где этот негодяй не смог бы их разыскать. Он заставлял их много работать, порол и морил голодом. – Ее передернуло. – Однажды негры сбежали.

– И ты с ними?

– Мне не удалось. Я готовилась, но ведьма продала меня лодочнику, у которого был публичный дом.

– Черт побери!

– Я не стала шлюхой, – быстро сказала Триш. – Он повез меня в лодке. Как только представился случай, я пырнула его ножом и бросилась в реку. – Ее голос упал до шепота. – Вода была холодной. Меня вытащил старый негр. Я оставалась у него, пока не услышала, что лодочник меня ищет. Я испугалась за старика. Один человек не знал, что я черная, и разрешил мне работать на него, готовить и стирать. Делала я и прически шлюхам, и они взяли меня с собой в Литл-Рок. Но оттуда я ушла. Тогда мне пришлось красть, чтобы есть. Иначе хоть ложись и умирай. Наконец я попала к миссис Эдди. Вот тут мне повезло.

– Так ты боишься того негодяя? Думаешь, он тебя нашел?

Триш долго смотрела ему в лицо, не пытаясь скрыть, что сильно напугана. Пока она рассказывала о себе, кое-что в ней переменилось. Сейчас Триш напоминала зверя, попавшего в капкан.

– Прежде чем получила удар по голове, я заметила, как что-то сверкнуло. Потом ничего не помню. Миссис Эдди показала мне хлыст. Это его. Он сам их делал.

– Обладай этот человек хоть каплей ума, он должен убраться отсюда прочь. Если его тут поймают, то разорвут в клочья. Конечно, если я первым не сделаю этого.

– Он не уберется, пока не убедится, что я мертва.

Ее спокойный тон озадачил, а затем рассердил Пистолета.

– Ты сдаешься?

Триш протерла глаза и посмотрела прямо на него. Губы пошевелились, и потребовалось колоссальное напряжение, чтобы понять то, что она сказала.

– Ты его не знаешь.

– Я знаю себя, Пистолета Симмонса. И не допущу, чтобы этот ублюдок хотя бы пальцем дотронулся до тебя! – Он притянул Триш к себе и обнял. – Не допущу! – Он ощутил, как девушку пробрала дрожь, и прижался щекой к ее макушке. – Ладно… ты не дрожи так, а скажи-ка мне, как этот негодяй выглядит.

Триш не ответила, но Пистолету придавала уверенность маленькая ручка, покоившаяся у него под курткой. Минуту спустя напряжение спало, и она глубоко вздохнула:

– Черноволосый. С бородой. Глаза злые. Говорили, в нем течет негритянская кровь, поэтому он так ненавидел черных. Хвалился тем, что ни один негр не остался в живых, сбежав из Сетинвуда.

– А когда твой отец вернулся с войны, он искал тебя?

– Он не вернулся. Отец погиб под Геттистауном, или как там называют это место. Всех разорвало на куски. Бедный папа. Думаю, он не мучился.

Грубые пальцы бережно приподняли ее подбородок. Она ощутила на щеке его теплое дыхание.

– Взгляни на меня, Триш.

Она попыталась спрятать мокрое от слез лицо у него на плече.