– Вот и отлично, – согласился я. – Где сейчас изотопы?

Мае неуверенно улыбнулась.

– На складе.

– А где это?

– Снаружи. Рядом со стоянкой машин.

– Хорошо, – сказал я. – Значит, давайте выйдем наружу и принесем их.

– Бога ради! – воскликнул Рики, всплеснув руками. – Ты что, совсем спятил, Джек? Ты едва не погиб сегодня утром. Ты больше не будешь выходить.

– Другого выбора у нас нет, – твердо заявил я.

– Конечно же есть! Мы можем подождать до ночи.

– Нет, – возразил я. – Потому что тогда мы не сможем пометить их до завтра. И не сможем выследить и уничтожить их до завтрашней ночи. Это означает, что мы предоставим лишние тридцать шесть часов организмам, которые очень быстро эволюционируют. Мы не можем так рисковать.

– Рисковать? Джек, если ты выйдешь сейчас наружу, ты погибнешь. Это совершенно безумная идея. Ты спятил!

Чарли Давенпорт смотрел на монитор. Теперь он повернулся к остальным.

– Нет, Джек не спятил. И я пойду вместе с ним, – он улыбнулся мне и замурлыкал себе под нос «Рожден для дикой жизни…».

Я сказал:

– Это не так уж необходимо. Мае, ты можешь мне рассказать…

– Нет. Я пойду с тобой.

– Нам нужно соорудить какой‑нибудь аппарат для опрыскивания, лучше всего – с дистанционным управлением, – предложил Дэвид Брукс. – Рози, это твоя специализация.

– Ладно, я тоже пойду, – сказала Рози Кастро, посмотрев на Дэвида.

– Вы все идете? – Рики посмотрел на каждого из нас по очереди и покачал головой. – Это чрезвычайно опасно. Крайне опасно.

Никто ему не ответил. Мы все просто смотрели на него.

Тогда Рики раздраженно произнес:

– Чарли, заткнись наконец, пожалуйста! Перестань мычать. – Он повернулся ко мне: – Не думаю, что я могу вам это позволить, Джек…

– Не думаю, что у тебя есть выбор, – сказал я.

– Я здесь главный.

– Сейчас – нет.

Я подавил вспышку раздражения. Мне захотелось сказать ему, что это он наворотил тут дел, позволив рою эволюционировать в природных условиях. Но я не знал, сколько критических решений приняла Джулия. В конце концов, Рики ведь всегда подлизывался к начальству, старался угодить тем, кто главнее его, как ребенок старается угодить родителям. Он подхалимствовал очень очаровательно – это был его любимый способ продвигаться в жизни. И его самое слабое место.

Но сейчас Рики упрямо выпятил подбородок.

– Ты просто не сможешь этого сделать, Джек, – сказал он. – Вы, ребята, не сможете выйти наружу и остаться в живых.

– А вот и сможем, Рики, – возразил Чарли Давенпорт. Он указал на монитор. – Посмотри сам.

На монитор передавалось изображение пустыни. Послеобеденное солнце озаряло колючие кактусы. Вдали виднелся одинокий кустик можжевельника, темный при таком ярком свете. Я не сразу понял, что имел в виду Чарли. А потом заметил, что песок движется – ветер нес песчинки над самой поверхностью пустыни. Потом я увидел, что куст можжевельника наклонен в одну сторону.

– Да, ребята, – сказал Чарли Давенпорт. – Сейчас там, снаружи, сильный ветер. Сильный ветер – никаких роев, помните? Им приходится прижиматься к земле. – Он встал и направился к коридору, который вел на энергостанцию. – Не будем тратить время. Пошли, ребята.

Все встали и направились к выходу. Я шел последним.