Ванайя пожала плечами.

– Когда захотят есть, они отправятся работать.

– Я тоже так думала, но прошло уже трое суток, – ответила Махала, – а мужчины не расходятся. Некоторые отправились на море и ловят копьями рыбу. Зная, что сейчас этого делать нельзя, я послала туда охранниц прогнать мужчин, но ты знаешь, что они ответили моим женщинам? Они сказали, что рыба принадлежит им, поскольку Богиня дает ее голодным.

– Накажи зачинщиков, – предложила Ванайя, – и остальные разбегутся.

– Они уже наказаны, – ответила Махала. – Дома наказаний тоже забиты, но у нас нет столько охранниц. Во всем городе Ариадна нет столько женщин!

Цендри вспомнила, как Ял ответил ей, что на всей Изиде не хватит женщин, чтобы забить всех мужчин.

– И вот совсем недавно ко мне пришли представители мужчин. Они заявили, что отправляли к тебе какого‑то мужчину, но ты не удостоила их ответом, а самого посланника приказала бить и пытать. Они сказали, что заставят тебя считаться с ними, даже если жизнь спутника ученой дамы из Сообщества ничего для тебя не значит. Мужчины сказали, что отправляют его к тебе с очередным посланием, – Махала повернулась к дверям и махнула рукой, – на которое тебе придется ответить!

В окружении крепких охранниц в комнату ввели Дала.

Он выглядел усталым и невыспавшимся, но, к своей радости, Цендри не увидела на нем следов побоев. Она бросилась к нему, Дал взял ее за руку, улыбнулся своей открытой, уверенной улыбкой и, слегка отстранив от себя, направился к Ванайе.

– Я принес письмо от лидера движения «Объединение мужчин Изиды», – произнес он.

Ванайя нахмурилась и ответила:

– Я не признаю этого объединения. На Изиде мужчинам запрещено образовывать любые политические общества за исключением религиозных или профессиональных.

– Они понимают, что вы откажетесь признать их, Проматриарх, но тем не менее прислали вам свою петицию.

– И ты осмеливаешься говорить это мне? Какое нахальство! – крикнула Ванайя.

– Я представляю здесь Сообщество, Ванайя, и пользуюсь дипломатической неприкосновенностью. Вы можете уважать ее или нет, но если со мной что‑нибудь случится, вы хорошо знаете, что произойдет с Изидой. Сообщество наложит на вас торговые санкции, и вы погибнете. Так как, возьмете петицию или нет?

– Давай ее сюда, – угрюмо сказала Ванайя.

– Вот до чего довел тебя твой либерализм, – возмущенно произнесла Махала. – Мужчины уже умеют писать и читать!

Ванайя молча вскрыла конверт и начала медленно читать:

– «Примите наше уважение, Проматриарх Ванайя. Поскольку вы проигнорировали обращение, посланное вам, мы захватили в заложники человека, которого вы не посмеете игнорировать. Ученый из Сообщества должен беспрепятственно доставить наше послание в миры, где мужчины свободны. Подлинность письма удостоверяется знаком, находящимся в конверте». – Побледнев, Ванайя развернула вложенную в конверт бумагу и увидела большую розовую жемчужину на изящной серебряной цепочке.

Лицо Ванайи из бледного превратилось в мертвенно‑бледное.

– Это жемчужина Миранды, – прошептала она. – Но как она к ним попала? Миранда находится у себя в комнате под присмотром акушерки. – Она резко обернулась к столпившимся позади себя женщинам. – Лиалла, Замила, Маре, быстро бегите в комнату к Миранде!

Женщины, толкаясь, топая по ступенькам, бросились наверх. Махала повернулась к Цендри.

– Я проклинаю тот день, ученая дама, когда вы прилетели на Изиду, – злобно сказала она.

– Нет, – возразила Ванайя, печально взглянув на Цендри.