Когда мы углубились в лес, стало совсем темно. Огонёк на ладони Земляны загорелся ярче.

— Слушай, чего это у тебя такое? — не выдержал я. — Не Красный петух же?

— Да уж конечно! — усмехнулась охотница. — Это Факел называется. Он только для света, не боевой. К особым знакам относится.

— А много ты таких Знаков знаешь, которых в книге нет?

— Знаю немного, — уклончиво ответила Земляна.

Да уж, похоже, у охотников делиться не очень-то принято. С одной стороны понятно, а с другой — одно ведь дело делаем.

— Факел — ерунда, — продолжала Земляна вполголоса. — Знавала я одного охотника, так у него свой особый Знак был — в темноте видел без всякого огня. Не то что ночью, а и в тёмном подвале с заколоченными окнами всё как днём, проверяли. Уж как я только вокруг него ни вилась, чтоб рассказал! Да и многие пытались. А он посмеивался только. Так и помер, дурак, ни с кем не поделившись.

— Слушай, а… — Я откашлялся. — Мысль в голову пришла. А может, в книжке и не все твари перечислены?

— Правильная мысль, — усмехнулась Земляна. — Поговаривают, что даже и ранги — не все. Кто на запад, за границу, ушёл и потом вернулся, говорят, что наши Воеводы там в подмастерьях ходят.

Воевода — это был максимальный ранг, согласно справочнику. И чтобы до него развиться, надо было нормально так упороться. Десять тысяч родий после предыдущего ранга. Умом поехать можно. Какие же в Европе твари-то водятся — если Воеводы у тамошних охотников в подмастерьях ходят? Интересно до жути.

Всё это время я уверенно шёл по следам. Вепрь нёсся через лес, не видя преград. Деревья местами превратил в труху, парочка точно не выживет. Вот ведь тварюга.

И тут я услышал сопение. Быстрое, тяжёлое — как после хорошего забега с препятствиями, который вепрь и устроил. Я замер, вскинув сжатый кулак. Земляна, идущая позади, молча остановилась. Я жестом попросил её загасить огонь, и стало темно.

Пришлось чуток постоять, пока зрение привыкало к темноте. Следов я больше не видел. Деревья превратились в чёрные пятна.

Мы двигались против ветра. По всем охотничьим понятиям, вепрь не должен был нас учуять. Он и не чуял. Мы крались, хриплое сопение становилось громче. И тут я увидел яму. Она чернела на чёрном фоне, если можно так выразиться. И диаметр у этой ямы был… Я с трудом удержался, чтобы не присвистнуть.

Земляна встала рядом со мной. Мы переглянулись. Я показал кулак и кивнул на яму. Земляна кивнула и сделала шаг в сторону.

Прежде чем убить, вепря нужно было выманить. Собак у нас не было, самим соваться — дураков нет. Оставался только один вариант: захерачить в нору каким-нибудь боевым Знаком. Меч для этого не годился — он исполнял только рубящие удары.

Я выбирал между Ударом и Красным петухом. С большим отрывом победил последний, поскольку обещал, помимо вепря, ещё и иллюминацию. А что за охота без спецэффектов? Вот и я говорю…

Подняв меч, я навёл его острием на яму и вычертил в воздухе нужный Знак. Пламя загудело, пожирая воздух, и хлынуло вперёд. В его свете я на миг увидел вепря, лежащего на боку и тяжело дышащего, и у меня аж сердце ёкнуло. Да он же с медведя размером! Как такую херню земля вообще носит⁈

Огонь заслонил от меня вепря, зато я услышал визг, переходящий в рёв. И земля задрожала.

Я бросился в сторону, Земляна — в другую. Здравый смысл и обрывочные сведения из обычной, не магической охоты подсказывали, что стоять на пути несущегося вепря — такая себе идея.

Здоровенная туша ломилась между нами.