Поначалу ничего интересного не происходило, и плошка со столешницей не торопились исчезать, но вот потом...

    Куда-то пропали все мысли. Внезапно я обнаружил, что смотрю на огонь – и не могу оторваться, не могу отвести взгляд в сторону. А огонёк между тем становился всё больше, превращался в большой сгусток рыжего, танцующего пламени. Пламя извивалось в темноте, а я смотрел на него, как заворожённый. Огонь становился всё больше, больше... Или это я приближался к огню? Я хотел отодвинуться – но не смог. А потом я услышал, как ведьма перестала бормотать и отчётливо произнесла:

    – Посмотри на меня.

    Я повиновался. И исчез.

    Глава третья

    – ...А ведь красиво, правда? – спрашивает Света, кутаясь в меховой воротник.

    – Что?

    – Да вот... Неужели не видишь?

    Поздний зимний вечер. Середина февраля, но тепло. Возвращаясь из гостей, мы идём по Дворцовой набережной. Прохожих почти нет, снег шуршит под ногами, поблёскивая в свете фонарей разноцветными огоньками, и ничто, кроме шума редких автомобилей, не нарушает тишину.

    Светка права – поздним вечером здесь очень даже красиво. Небо над Эрмитажем окрашено в мерцающий малиновый свет, огни по обеим сторонам Невы прогоняют темноту.

    – Давай в снежки? – предлагает вдруг Светка.

    Я улыбаюсь:

    – Опять меня снегом обсыпать хочешь?

    – Ага! – смеётся она.

    – Света, – говорю ей с укоризной, – это жестокость.

    – Что?

    – Обсыпать меня снегом.

    – Ну пожалуйста!

    – Никаких «пожалуйста», – строго говорю я. Но не могу удержать улыбки. И Светка понимает – можно.

    Она вырывается и убегает вперёд. Наклоняется, чтобы набрать снега. Пока она не видит, прячусь за сфинксом...

    В этот момент рядом со Светкой тормозит фирменная тачка. Из окна высовывается парень в дублёнке:

    – Девушка! Поедемте покатаемся!

    – Спасибо, я пешком, – говорит Светка, даже не поворачиваясь к машине.

    Я выхожу из своего укрытия. Машина подаётся назад, чтобы держаться наравне со Светкой.

    – Эй, ты не бойся! Мы не обидим!

    Я прибавляю шаг, оказываюсь между Светкой и машиной.

    – Езжай, – говорю, – куда ехал. Девушка со мной.

    Щёлкает дверца со стороны водителя, наружу выбирается второй. Не русский. «Лицо кавказской национальности». С усиками. Изрядно накушавшееся «лицо». И за рулём, скотина!

    – Дэвушка, ты такая красивая! Садысь, нэ упрямся!

    Меня он игнорирует. Ах ты козёл усатый!

    – Тебе неясно объяснили? – спрашиваю. – Уши прочистить?

    – Иди на... говнюк, – небрежно отмахивается кавказец. – Дэвушка...

    Парень в дублёнке делает попытку выбраться из машины – пинаю дверцу, и он отваливается обратно.

    Усатенькое «лицо» визжит и дрыгает ножкой. Прикладывается о крышу машины.

    – Ну, – спрашиваю я.