Белл покачал головой.

— Я же говорил: отец недоволен тем, что я стал детективом. По правде говоря, у него разбито сердце. Люди-легенды надеются, что их сыновья продолжат строить на заложенном ими фундаменте. Я не жалею, что пошел своим путем. Но у меня нет права просить отца о прощении.

Белл отправился в вагон Хеннеси, попросить его провести подготовку в Нью-Йорке. Хеннеси был мрачен, опасался провала. С ним был Франклин Мувери. Оба казались разбитыми. И словно укрепляли безнадежный настрой друг друга.

— Девяносто процентов моего кратчайшего пути — за мостом, — печально говорил президент железной дороги. — Все готово для окончательного рывка. Пути, уголь, шпалы, креозотовая фабрика, депо, локомотивы, мастерские. И все — за мостом, который не выдержит и тачки. Я разорен.

Даже жизнерадостная миссис Комден казалась подавленной. Тем не менее, она старалась бороться с унынием, сочувственно говоря:

— Может, надо предоставить природе идти своим путем. Близится зима. Ты сможешь начать заново в следующем году. Весной.

— К весне я умру.

Глаза Лилиан Хеннеси гневно вспыхнули. Она обменялась мрачным взглядом с Исааком Беллом. Потом села за телеграфный аппарат и положила пальцы на ключ.

— Отец, — сказала она, — я, пожалуй, телеграфирую в мастерскую в Сакраменто.

— В Сакраменто? — рассеянно спросил Хеннеси. — Зачем?

— Там закончили готовить тросы для моста через Каскейд. И у них есть время сделать пару кресел-качалок.

— Кресел-качалок? Это еще зачем?

— Для пенсионеров. Для двух самых жалких стариков, каких я видела в жизни. Пристроим к депо крыльцо, сможете сидеть там и качаться.

— Перестань, Лилиан.

— Ты сдаешься. Того Саботажнику и надо!

Хеннеси повернулся и с легкой надеждой в голосе спросил:

— Есть хоть какая-то возможность укрепить опоры?

— Идет зима, — ответил Мувери. — Нас ждут штормы с Тихого океана, вода уже поднимается.

— Мистер Мувери, — процедила сквозь зубы Лилиан. — Вам качалку какого цвета?

— Вы не понимаете, барышня.

— Я понимаю разницу между капитуляцией и борьбой.

Мувери уставился в ковер.

— Отвечайте отцу! — потребовала Лилиан. — Есть ли возможность укрепить опоры, пока они не рухнули?

Мувери заморгал. Потом достал из кармана носовой платок размером с парус и вытер глаза.

— Можно построить несколько водоотбойников, — сказал он.

— Как?

— Поставить на берегу контрфорсы. Укрепить берег камнями. Укрепить обе стороны опор — вверх и вниз по течению — каменной кладкой. Той самой кладкой, которую этот маленький двурушник должен был вывести правильно. Можно испробовать гидроизоляцию, пожалуй.

Он взял карандаш и не очень уверенно набросал схему, как дефлекторы должны отводить течение.

— Все это временные меры, — мрачно сказал Хеннеси. — До первого разлива. А каковы долгосрочные меры?

— Можно попытаться заглубить основания опор. До коренной породы, если сумеем ее отыскать. Во всяком случае ниже того слоя, что нанесла река.

— Но опоры уже стоят, — простонал Хеннеси.

— Знаю. — Мувери посмотрел на Лилиан. — Видите ли, мисс Лилиан, нам придется заново устанавливать кессоны, чтобы кессонщики могли работать… — Он нарисовал опоры, окруженные водонепроницаемыми камерами, в которых люди могут работать под водой.