|
- Одному богу известно, что она подумала о нас. - Подумала, что мы изверги, усмехнулся Лесли. - Так и сказала. Эта старая дурочка за словом в карман не лезет. - У меня от всей этой истории разболелась голова. Пожалуйста, Джерри, попроси Лугарецию приготовить еще чаю. После изрядного количества чая и аспирина мама почувствовала себя лучше. Я вместе с ней сидел на веранде, читая лекцию о совах, которую она слушала вполуха, приговаривая: “Да-да, милый, как интересно!”; внезапно из дома донесся яростный вопль, заставивший маму подскочить на стуле. - Господи, простонала она, это невыносимо. Ну, что там еще случилось? На веранде возник Ларри. - Мама! - крикнул он. - Этому надо положить конец! Я не желаю больше мириться с этим. - Постой, милый, не кричи. Что случилось? - Это все равно что жить в каком-то проклятом Зоологическом музее! - Ты о чем? - О нашей жизни здесь, о чем же. Это нестерпимо. С меня хватит! - Да в чем же дело, милый? - озадаченно спросила мама. - Я пошел взять чего-нибудь попить в холодильнике-и что же я там вижу? - Что ты там увидел, милый? - заинтересовалась мама. - Воробьев! - проревел Ларри. - Полные мешки, черт возьми, антигигиеничных тухлых воробьев! В этот день фортуна определенно отвернулась от меня. Князь тьмы - недаром князь. Шекспир. Король Лир ФАКИРЫ И ФИЕСТЫ Неизменно под конец весны моя коллекция животных разрасталась до такой степени, что даже мама порой начинала беспокоиться, ведь в мире животных происходило прибавление, а детенышей все-таки проще приобретать, чем взрослых особей. А тут еще мелкие дворяне, пренебрегая запретами, принялись нещадно истреблять прибывающих для гнездования птиц. Этих “спортсменов” все устраивало; если крестьяне охотились только на птиц, которых принято называть дичью - дроздов и прочих, то городские стрелки палили по всем пернатым. И с торжеством возвращались домой, обвешенные ружьями и патронташами, с полными сумками липкой от крови добычи всякого рода-от зарянок и горихвосток до поползней и соловьев. Словом, весной в моей комнате и отведенной мне части веранды насчитывалось не меньше полудюжины клеток и ящиков с ненасытными птенцами или с взрослыми птицами, которых мне удалось спасти от “спортсменов” и которые проходили у меня лечение с подобием лубка на ножке или на крыле. Единственным плюсом весеннего побоища можно считать то, что я получал довольно полное представление о пернатой фауне Корфу. Понимая, что мне не дано прекратить избиение, я решил извлечь из него какую-то пользу. Выследив кого-нибудь из благородных и бравых Нимродов, я просил показать содержимое ягдташа и составлял список убитых птиц, а раненым спасал жизнь, моля уступить их мне. Вот таким образом мне достался Гайавата. ...Утро прошло в интересной активной вылазке с псами. Встав пораньше, я отправился в оливковые рощи - царство утренней прохлады и росы. Я давно убедился, что это время дня отлично подходит для сбора насекомых: холодок делал их вялыми и неспособными к полету, что намного облегчало мой труд. Вот уже пойманы три новые для моей коллекции бабочки, два неизвестных жука да еще семнадцать кобылок-корм для моих птенцов. К тому времени, когда солнце поднялось достаточно высоко и начало припекать, мы с псами успели совершить безуспешную попытку поймать одну змею и зеленую ящерицу, надоили в стеклянную банку молока от одной из коз Агати (без ведома хозяйки), так как очень хотели пить, и проведали моего старого друга, пастуха Яни, который снабдил нас хлебом, инжиром и наполнил соломенную шляпу земляникой для подкрепления сил. |
