– Меня зовут Отто Веббер. – Он энергично пожал Моргану руку. – А вас?

– Если вы не против, я не назовусь.

– Кто, я? Я, конечно, не против. – Веббер присмотрелся к Моргану. – Послушайте, у меня есть хорошие брюки, несколько пар. Могу продать вам дешево. Очень-очень дешево. Брюки отличные, качество отменное. Мои девочки подгонят их вам по фигуре. Ингрид сейчас свободна. Она настоящий талант! И миловидная. Редкая жемчужина.

Морган посмотрел на свои брюки из серой фланели:

– Нет, одежда мне не нужна.

– А шампанское? Чулки?

– Отто, – строго осадил его Пол, – сейчас нас интересует лишь дело, о котором мы говорили вчера.

– Конечно, мистер Джон Диллинджер. Но, увы, у меня плохие новости. Мои информаторы хором сообщают, что завеса тишины накрыла Вильгельмштрассе. Местных что-то насторожило. Охраны стало больше прежнего. И все за один день. Сведений о вашем фигуранте просто нет.

Пол скривился от разочарования.

– А я полночи деньги собирал…

– Отлично! – обрадовался Веббер. – Доллары ведь собирали?

– Дружище, деньги вы получите только за результат, – едко заметил поджарый Морган.

– Ну, дело не безнадежное. Я смогу-таки вам помочь.

– Продолжайте! – нетерпеливо велел Морган, снова взглянул себе на брюки и потер грязное пятно.

– Я не могу сказать, где цыпленочек, – начал Веббер, – но, допустим, я мог бы провести вас в курятник, чтобы вы сами выяснили.

– Куда провести?

– В рейхсканцелярию, – понизив голос, ответил Веббер. – Эрнсту завидуют все министры. Каждому хочется устроиться поближе к Коротышке и занять кабинет в рейхсканцелярии, но большинству достается лишь местечко неподалеку. То, что Эрнст там работает, многих раздражает.

– Видел я вчера рейхсканцелярию, – насмешливо проговорил Пол. – Там на каждом шагу охрана. Вы не сможете провести меня туда.

– Ах, дружище, я категорически с тобой не согласен.

– Как же у вас получится, черт подери?! – по-английски выпалил Пол, затем повторил вопрос по-немецки.

– Благодаря Коротышке. Он одержим архитектурой, рейхсканцелярию реставрирует с тех пор, как дорвался до власти. Ремонтники трудятся семь дней в неделю. Я дам тебе форму, фальшивое удостоверение личности и два пропуска в здание. Мой информатор там штукатурит и имеет доступ ко всем документам.

Морган подумал и кивнул, настроенный куда менее скептически.

– По словам моего приятеля, Гитлер пожелал застелить коврами кабинеты на самых важных этажах. Кабинет Эрнста в том числе. Поставщики ковров меряют кабинеты: некоторые уже измерили, некоторые нет. Очень надеюсь, что кабинет Эрнста не успели. Если же да, извинишься и скажешь, что нужно перемерить. Я дам тебе пропуск от компании, которая, помимо всего прочего, славится хорошими коврами. Рейку и блокнот тоже дам.

– Почему вы уверены, что тому человеку можно доверять? – спросил Пол.

– Потому что он использует дешевую штукатурку и присваивает разницу между ее стоимостью и тем, что платит партия. За такое его казнят, ведь он ремонтирует оплот гитлеровской власти. У меня есть на него управа, значит он мне не соврет. К тому же он думает, что мы замутили аферу из желания занизить цену ковров. Ну и кусок яйца я ему пообещал.

– Кусок яйца? – не понял Морган.

– Часть выручки, – перевел Шуман.

Чей хлеб ешь, того и обычай тешь…

– Кусок возьмете из тысячи долларов.