– Хорошо, – протянул Тихий. – Все, ты реабилитирован. Кстати, откуда такой знатный хавчик?

– Не поверишь, – ухмыльнулся Маклауд, – неделю назад несколько моих бойцов наткнулись на замаскированный бункер. Прикинь? Два года ходили, не замечая входа, замаскированного под небольшой холм. Спустились мы в этот бункер – и обомлели. Стеллажи под завязку забиты коробками с пайками. Настоящее богатство, особенно в условиях Зоны.

Затушив окурок о подошву ботинка, я бросил его в кострище. Отвлекшись от мыслей, что хаотично сменяли друг друга, прислушался к беседе парней.

– Я же говорил – нечего тебе делать в Ясном, – ковыряя угли палкой, заявил Маклауд. – С твоими навыками и способностью чувствовать Зону ты мог бы давно стать сталкером-легендой. Так нет же, возишься с новичками, попусту тратя время. Хоть один из них сказал тебе спасибо?

– Да пойми ты, – раздраженно бросил Тихий, – кто их научит выживать в этих краях? Мотылек? Так он сам еле дышит и за пределы поселка уже несколько лет носа не высовывал. Антибиотик, который появляется раз в две-три недели?

– А нас кто учил?! – возмутился «независимый». – Мы сами, на собственной шкуре все познавали. Согласен, делали ошибки. Куда без них? Но…

– Шайтан, – перебив друга, сказал Тихий и отвел взгляд в сторону.

Маклауд нахмурил брови. Бросив палку в угли, «независимый» встал, подошел к выходу. Остановившись у дверного проема, несколько секунд молча смотрел куда-то вдаль. Затем, не отрываясь от созерцания окрестностей, произнес:

– Это несчастный случай. Ни ты, ни я – никто не виноват. Кто ж знал, что там логово храпунов?

– Знали! – психанул Тихий, вскакивая на ноги. – Все бывалые знали. А мы, вместо того чтоб разузнать обо всех нюансах катакомб, поперлись туда, считая, что нам все по плечу!

Маклауд резко развернулся, уставившись на друга. Его ноздри часто раздувались. Напряжение повисло в воздухе. Казалось, малейшее неверное движение или резкое слово приведет к неминуемой драке. Я сидел у стены, наблюдая за происходящим. Вмешиваться в этот спор не было никакого резона. Но если «независимый» бросится на Тихого, обязательно хорошенько вмажу этому выскочке. Во всяком случае, постараюсь.

Маклауд шагнул в сторону Тихого. Я тут же схватил обрез и, направив сдвоенный ствол на «независимого», заорал:

– Стой, где стоишь! Иначе нашпигую тебя дробью, как утку яблоками!

Маклауд замер на месте, а Тихий удивленно уставился на меня.

– Ты это, не дури, – произнес напарник. – Все нормально. Он не враг. Опусти оружие.

Не спуская взгляда с «независимого», я положил обрез на колени. Напарник все так же ошарашенно смотрел на меня.

Разрядил обстановку вой каких-то тварей. Они были где-то рядом.

– Чтоб у Ворона глаза высохли! – выругался Маклауд, хватая винтовку, стоящую у стены. – Будем надеяться, что они пришли на запах падали, а не на наши вопли. – Аккуратно выглянул наружу и подытожил: – Пируют, суки. Валим отсюда, пока нас не учуяли. Я знаю, как уйти незаметно. Главное, не шуметь.

Схватив рюкзаки и оружие, стараясь двигаться как можно тише, мы направились за «независимым» в соседнее помещение. Войдя в третью комнату, подошли к поросшей диким виноградом стене. Оказалось, за ветвями скрывался пролом, через который наш отряд благополучно покинул здание.