Маклауд вытащил из кармана ржавую гайку с привязанным к ней грязным бинтом, размахнулся и бросил ее прямо по курсу. Описав в воздухе дугу, гайка ударилась о землю. Выждав несколько мгновений, мы направились к ней, то и дело озираясь по сторонам. Вой и рычание мутантов стали значительно тише.

– Не расслабляемся, – буркнул «независимый», поднимая гайку. – За рощей кладбище военной техники, которая участвовала в ликвидации аварии на ЧАЭС. Место не очень приятное, но выбора у нас нет.

– Держись ближе к нам, – шепнул Тихий. – И внимательно смотри под ноги. Там крыс полно.

– Крыс не боюсь, – усмехнулся я.

– А зря, – не оборачиваясь, произнес Маклауд. – Одна-две – не беда, но когда их сотни, отбиться очень проблематично.

Гайка снова упала на землю, но в этот раз не осталась лежать на месте. Встав на ребро, она медленно покатилась в сторону. Теперь я понимал, для чего нужен бинт. Он, точно стрелка компаса, позволяет увидеть движение привязанной к нему железки.

– «Магнит», – пояснил напарник. – Неопасная аномалия. Притягивает к себе разный мелкий металлолом, а как перегрузится – исчезает.

Вскоре мы вышли к огромной территории, на которой ровными рядами стояла техника. Грузовики, БТРы, автобусы, трактора, красные «Уралы» пожарные и даже несколько вертолетов. Удивительно, но выглядели они так, словно только вчера сошли с конвейера. Ни намека на ржавчину. Яркие цвета и кристально чистые стекла.

– С восемьдесят шестого года стоят, – заметив мой удивленный взгляд, пояснил напарник. – Зона сохранила. Поговаривают, что это аномалия какая-то. Вроде безопасная, но никто еще не рискнул прокатиться. Кстати, фонит здесь знатно. Так что не задерживайся без надобности.

Первым шел Маклауд, я следом, Тихий замыкал строй. Здесь было необычайно тихо. Ни шума ветра, ни скрипа какой-нибудь открытой двери. Лишь шуршание сухой травы под подошвами ботинок. Самое настоящее кладбище.

Миновав больше половины всей территории, Маклауд неожиданно остановился.

– Черт, – полушепотом выругался «независимый». – «Крематорий» прямо по курсу. Здоровенный. Придется обходить.

Свернув влево, он повел нас между автобусами. Выйдя на идущую параллельно прежней дорогу, сталкер снова зачертыхался:

– Ох ты ж уши кабаньи! Здесь тоже не пройдем.

Проскочив ряд «КамАЗов», мы попали на очередную тропу, но, как выяснилось, и здесь аномалия преградила путь.

– Впервые подобное вижу, – прокомментировал Тихий, почесывая затылок. – Может, вернемся и попробуем обойти кладбище? Да, дольше, но других вариантов я не наблюдаю.

Маклауд, погрузившись в раздумья, постоял немного, а затем произнес:

– Поворачиваем назад.

И наш отряд двинулся в обратный путь. На сей раз Тихий был ведущим, а «независимый» замыкал. Я никак не мог понять, на кой ляд мы поперлись напрямик. Крысы, аномалии, а теперь вот приходится идти восвояси. Что мешало обогнуть территорию кладбища с самого начала? Хотя… они матерые сталкеры, знающие о Зоне намного больше меня. Им виднее. Однако тот факт, что мы бродим среди фонящей техники, напрягал. Планов сдохнуть, нахватавшись радиации на следующие несколько лет, я не строил.

Тишину, царившую в этом месте, нарушил противный писк, донесшийся от одной из пожарных машин. Взглянув в сторону, откуда исходил звук, я увидел сидевшую на красно-белом капоте крысу. Размером она была практически с бобра.