Ноги страшно гудели. Взглянув на экран КПК, я приметил, что чуть в стороне от выбранного курса находится заброшенная деревня. Но меток, означающих наличие сталкеров, не наблюдалось. А соваться туда, куда жадный бродяга носа не кажет, не стоит.

Остановился, осмотрелся. Слева вдаль уходила поросшая коричневой сухой травой равнина. Кое-где возвышались лысые деревья. Они, словно руки мертвецов, пробившиеся из-под земли, тянулись к небу корявыми пальцами.

Справа – заросли невысокого кустарника, а немного поодаль – очерченный остатками плетня заброшенный огород. О том, что это именно огород, говорили ровные протяженные холмики. Грядки хорошо узнавались даже под ковром многолетней сорной травы. А еще дальше – то ли дымка, то ли туман. Не знаю почему, но от одного взгляда на него по спине пробежал холодок.

Впереди уже виднелись покосившиеся дома деревни. Решив все же устроить небольшой привал, я уселся на траву. Достал из нагрудного кармана изувеченную пачку «Прима-люкс», вытащил из нее кривую сигарету, закурил.

Выпустив облако терпкого дыма, задумался. Здесь, в Зоне, не так уж и сложно. Всего-то нужно оставаться человеком. Хотя хрен его знает, сколько человеческого во мне останется спустя несколько лет постоянного напряжения и нервотрепки. Все эти убийства, мутанты, жаждущие тебя сожрать, аномалии, что прячутся в самых неожиданных местах… В таком темпе недолго с катушек слететь. Впрочем… Вон, Тихий и Маклауд не озверели же! «Независимый» – так тот вообще оптимизма не теряет. Веселый мужик, хоть и лидер довольно крупного клана. Значит, и у меня есть все шансы не растратить свою человечность.

Со стороны деревни донесся жалобный скулеж, мгновение спустя оборвавшийся хлопком аномалии. В ту же секунду я поймал себя на мысли, что узнал «волчок» по характерному звуку срабатывания: сталкерские инстинкты потихоньку становились неотъемлемой частью натуры, а реалии, присущие исключительно этому аномальному месту, – вполне опознаваемой частью окружающего мира.

– Одной тварью меньше, – пробормотал я, выбрасывая окурок. – Нечего честных бродяг грызть.

Поднявшись, отряхнулся и снова посмотрел на экран КПК. Вокруг – ни единой живой души. Стрелка навигатора показывала в сторону деревни, но мне до тошноты не хотелось туда идти. Пусть Зона и не густонаселенный мегаполис, однако отсутствие людей, хотя бы пары человек, наводило на соответствующие подозрения. И снова пришла мысль о сталкерской чуйке.

Нет, через деревню не пойду. Доверюсь своим ощущениям. Поводив пальцем по экрану коммуникатора, подвигал карту. Слева от поселка был обозначен небольшой пруд. Немного в стороне от него – аномальное поле: Долина смерти. Справа – судя по меткам, заросшее поле. Сразу за поселком – железнодорожное полотно и база Ворона. Пораскинув мозгами, я решил идти вдоль пруда. Так получится даже быстрее. Достав из кармана камень, бросил его вперед. Тот спокойно упал в траву.

Шурша сухой травой, я поравнялся с крайними домами. Остановившись, решил немного рассмотреть ближайшие дома. Почерневшие, покосившиеся стены. Проваленные крыши. Выбитые окна. Складывалось впечатление, что поселок подвергся ковровой бомбардировке.

Созерцая этот упадок, я невольно вспомнил Вознесенское. Такая же небольшая деревушка на десять-пятнадцать дворов. Там жила бабушка Вера. Каждое лето мама отправляла меня к ней. Два часа в душном «пазике» среди стариков с огромными сумками – и я на месте. Бабушка всегда встречала меня на остановке. Улыбчивая, добрая. Никогда не ругала, что бы ни натворил. А какие она готовила пирожки! М-м-м, язык проглотить можно! В ее доме пахло выпечкой и молоком. И немного ладаном. Бабушка была верующим человеком. В одной из комнат находился целый иконостас. На небольшой полочке под иконами всегда теплилась лампада.