Я удивленно посмотрел на Банана. Признаюсь честно, не ожидал от него такого. И чего он меня братаном назвал? Да какая, черт возьми, разница? Он мужик нормальный. Проверено. А причуды… Так у кого их нет?

– Спасибо, – все, что я мог вымолвить.

– Та за шо? Не парься. Все в шоколаде, – усмехнулся Банан. – А ты чего один? Где напарника потерял? – спросил он, когда Циклоп принес еду и выпивку.

– Надеюсь, уже у Хирурга, – сухо бросил я.

– О как. Что стряслось?

Я вкратце рассказал о своих приключениях за последние пару дней.

– Да-а-а, – почесав подбородок, протянул Банан. – Некисло вас Зона потрепала. Ты же понимаешь, что это из-за тебя? Нет, не так. Ты понимаешь, что это твое очередное испытание? Радуйся, что жив. Значит, прошел его. – Разливая прозрачное по стаканам, он раздумчиво излагал свои мысли. – А насчет Тихого не переживай. Маклауд его старинный друг. Тем более «независимый» обязан ему жизнью. Дойдут обязательно. Все будет чики-пуки.

– Очень на это надеюсь, – ответил я, кривясь от горького вкуса местного пойла. – Ты сам-то как?

– Да, – отмахнулся Банан, – ничего нового. Стабильно хреново. Впрочем, как и у девяноста процентов всех сталкеров. Сижу в баре. Жру, пью. Иногда выхожу на свет Божий. Отчитаться, что все еще жив.

– Кому? – удивился я.

– Как кому? Зоне, конечно! – усмехнулся собеседник. – Она же ждет не дождется, когда я ласты склею. А оно видишь, как получается? Не по ее плану.

– Что ты несешь? – мотнул головой я, понимая, что после третьего стакана знатно захмелел. – Какому плану?

– Долгая история. Да и ни к чему она тебе. Меньше знаешь – уверенней на ногах стоишь. – Банан налил только себе и залпом осушил стакан. – Вот. Дали ему год. Отсидел тринадцать месяцев – досрочно выпустили. – По своему обыкновению, он «шуткой юмора» постарался перевести разговор в другое русло.

– В душу тебе лезть не буду, – устало зевнув, произнес я. – Захочешь рассказать – расскажешь. А нет – то и суда нет. Короче, что-то меня нахлобучило, как подростка. Спасибо за все. Пойду, пожалуй, спать.

– Давай, братан. А я еще немного посижу, – рассматривая оставшиеся полбутылки прозрачного, ответил Банан.

Пошатываясь, я побрел к ночлежке, где меня ждала не самая свежая и удобная кровать, но ведь тут и не курорт.

Глава 20. Покаяние

«Отпущение грехов дарует не исповедник, а сама исповедь».

Новое утро в Зоне оказалось непохожим на те, что мне доводилось видеть. Невероятно чистое небо. Глубокая, непостижимая синева без единого облака. Ослепительно яркое солнце, только поднявшись над горизонтом, тут же принялось согревать своим теплом все и всех вокруг. Легкий ветерок зашумел сухими листьями в кронах деревьев. Только вместо веселого щебетания птиц доносился противный вороний ор. Ну, как говорится, – в каждой бочке меда есть своя ложка дегтя.

Я сидел на сложенных друг на друга бетонных плитах, попивая цикорий, местный заменитель кофе, и дымя сигаретой. Как ни странно, но это прекрасное утро не было омрачено похмельем. Греясь в лучах солнца, по которому успел соскучиться, я радовался новому дню.

Что нужно человеку для счастья? Правильно, немного тепла и отсутствие раздражителей.