– Да ты охренел! – рявкнул торговец, резко встав со стула и уперев руки в прилавок. – Какого черта?!

– Там, – запыхавшись, начал я, – двое идут к тебе. Одного впервые вижу, а второго знаю – это один из прихвостней Клементьева. Помнишь, я рассказывал тебе о причинах моего появления здесь?

– И? – недовольно пробурчал старик. – Зассал, что ли? Решил спрятаться?

– Нет! – с досадой огрызнулся я. – Жопой чую, с Петровичем что-то произошло. Не просто так этот амбал приперся в Зону. Он за мной пришел. А о том, что я здесь, знал только твой брат!

В дверь постучали. Мы с торговцем молча смотрели друг другу в глаза. Напряжение повышалось с каждой секундой.

– Быстро в подсобку, – процедил сквозь зубы Кривой. – Сиди и не высовывайся. Посмотрим, что им нужно.

Я осторожно, стараясь не издавать лишних звуков, открыл сваренную из арматуры решетчатую дверь и прошмыгнул в кладовку. Устроившись в темном углу так, чтоб оставаться невидимым снаружи, принялся наблюдать за происходящим в лавке.

Снова раздался стук, только теперь он стал куда более настойчивым. Казалось, что в дверь колотили тяжелым ботинком.

– Иду! – хрипло рявкнул Степанович, направляясь ко входу. – Поссать спокойно не дадут! – Отодвинув засов, старик распахнул дверь. – Что, нетерпячка?!

– Здорова, Кривой, – поприветствовал торговца незнакомый мне человек. – Это я, Жаба! Что, не признал? Стареешь.

– Входи, да побыстрее. Нечего сквозняк устраивать, – недовольно бросил Степанович, возвращаясь за прилавок и запирая решетку на замок. – Почто явился?

– А ты, я смотрю, как обычно не в духе? Хотя, чего уж там, это твое постоянное состояние. Никак не привыкну. Нам с товарищем погостить бы пару-тройку суток. Организуешь?

– Мест нет. На днях новая партия зелени прибыла. Еле всех разместил.

– Что-то я толпы новичков в деревне не заметил. Лукавишь, Кривой. С чего бы это?

– Сказано же, мест нет! – вспылил торговец.

– Ладно, – будто бы смирившись, произнес Жаба. – Нет так нет. Надеюсь, припасы пополнить можно? Или тоже дефицит?

– Давай список.

– А на хрен мне список? Я тебе и так скажу, что нужно: три пачки патронов пять сорок пять, две под «парабеллум», три пачки сигарет, пару суточных ИРП и флакон беленькой.

Собрав все перечисленное, Степанович получил деньги и сел на стул, демонстративно уставившись в экран ноутбука.

– Нехорошо при встрече со старыми приятелями рожу кривить, Кривой, – складывая покупки в рюкзак, произнес Жаба и хохотнул от внезапного каламбура. – Ну, ничего. Аукнется тебе это еще. Вот увидишь.

– Угрожать мне вздумал?! – взревел Кривой. – А ну пошел вон! И своего уродца не забудь!

– Все, фраер, ты меня допек! – выпалил охранник Клементьева, выхватив из-за пояса пистолет и направляя ствол на торговца. – Ты кого уродцем назвал, дятел?!

– Малмыга, остынь, – спокойно произнес Жаба. – Не стоит этого делать. Не успеешь выйти за порог, нас обоих замочат. Он тут в законе, а ты по беспределу сейчас гоношишься. Не сто́ит. Пошли. Нам еще место для ночлега найти нужно.

– Слышь, ты! – прошипел Малмыга. – Я тебя запомнил. Земля квадратная, на одном из углов обязательно встретимся.