|
Сжимая язык бюрера, привстал и сказал: — По-моему, пузырник может повторить это два или три раза подряд. Мутант опять раздувался. Второго газового взрыва мастерская точно не выдержит — уже сейчас она едва стояла. Забравшись на конек, я выпрямился и повернулся кругом. Катя ухватилась за меня, встала рядом. Поколебавшись, обхватила за поясницу и прижалась к плечу. — Опять Алекс? — спросил я, придерживая ее за плечи. — Чего? — Я снова Алекс, не наемник? Бюреры внизу неистовствовали, носились вокруг здания, высоко подпрыгивая, чирикая, как стая психованных воробьев, — готовились наброситься, как только мастерская рассыплется. Ведьмы стояли по бокам от раздувшегося пузырника, обратив к нам мертвые лица. — Ты не потеряла тесак? — спросил я. Увидел ржавый обломок в ее руке и кивнул. — Хотя бы постараемся перед смертью убить как можно больше их. Катя повернулась ко мне, заглянула в глаза. — Алекс, я хотела оказать… Короче, ты не… — начала она и тут пузырник взорвался. Во все стороны разлетелась слизь и лиловые ошметки. На край островка из тумана выступили несколько человек, впереди всех шли здоровяк с бритым бугристым черепом и Марат. ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ МАРАТ. ЛОВУШКА ДЛЯ МГЛЫ 1 — Припять! — сказал Нешик. — Это же Припять. Мы с Алексом одновременно остановились. Идущий впереди Болотник сказал: — Это не Припять, другая река. Называется Быстрянкой, начинается от Припяти и дальше впадает в Грязевое озеро. Там граница Северного Могильника. — Ну, так нам немного осталось! — обрадовался Нешик. — Значит, отсюда можем дойти напрямик по степи, а можем еще дальше к востоку — и по реке плыть. Плот какой сделать и плыть. Давно перевалило за полдень. По левую руку от нас раскинулась степь, границей ей служила едва различимая в синей дымке гряда холмов. Лес тянулся справа, далеко впереди был берег реки. Мы тяжело дышали, Катю и Нешика шатало, Хохолок сопел, как носорог, а у Кирилла открылась рана. По-прежнему бодрыми казались лишь Болотник и синхроны. — Очень много аномалий. — Следопыт показал на степь. Было жарко. Высокая трава ходила волнами, по степи пробегали темные и светлые полосы. — Вон я цветок вижу, — объявил Нешик, показывая в сторону холмов. — Ядро метрах в десяти над землей. А левее — змеиные клубки в ряд, и смерчи вокруг них крутятся — старые, значит. А дальше электры. Мне даже не надо было смотреть туда, я ощущал токи энергии, завивавшиеся над степью. Аномалий было много, и мне казалось, что они соединены в некую структуру, образуют сложный лабиринт. Оглядев нас, Анчар спросил у Болотника: — Возле леса аномалий не видно. Мы сможем пройти по этой полосе между ним и степью? Следопыт долго глядел вдоль опушки и наконец подтвердил: — Там чисто. |
