— Я думаю, что это далеко не все, — неодобрительно заметила тетка.

— Да, непременно в ларек побегут. Народу будет много, — кивнула Рита и обернулась к Алене: — А вы останетесь на банкет?

— Она останется со следователем Терещенко, — ответила за Алену родственница, — он обязан присутствовать по долгу службы. А вот Вячеслава я отсюда уведу.

— Ну тогда я спокойна, пресса и милиция, что может быть лучше! — тоненько хихикнула Рига. — Теперь у нас полный набор, даже собственный священнослужитель имеется. Хорошо бы еще врача найти.

— Все-таки нельзя забывать, что в театре произошло убийство, — наставительно заметила тетка Тая.

— Да я только за! — с искренним энтузиазмом согласилась Рита. — Теперь хоть напьемся в безопасности.

Она вышла.

— Ну, я бы еще поняла, услышав про пьянку от Федорова, но такая молоденькая, а туда же! — вознегодовала Алена, как только Рита отошла от костюмерной на приличное расстояние.

— Нет, — не согласилась тетка, — она хорошая девушка. Очень тихая, очень скромная, как тень. Третий год в театре, а ее так толком и не знают. Вращается в своем молодежном кружке. Главный ее не замечает. Эта роль в «Празднике жизни» для нее самая значительная. Остальные все — в утренних спектаклях, да и там ни одной ведущей.

— Странно, что ее вообще приняли в театральное училище с такой внешностью: низенькая, щупленькая, кожа да кости. И вообще, она какая-то никакая, действительно, тень.

— Она как-то репетировала во втором составе «Ночных забав» роль Даши, а так ее Лина играет. На мой взгляд, Рита — талантливая актриса. Жаль, что в нашем театре она пропадет. Главный таких не ценит — ему блеск подавай.

— С профессионалами не поспоришь, — фыркнула Алена.

— А когда обещал прийти твой Вадим? — сменила тему тетка Тая.

— Почему мой?! — тут же сочла долгом возмутиться племянница.

— Хорошо, хорошо, не твой, — на редкость быстро сдалась родственница. — Он ведь должен привести Вячеслава Ивановича. Ты не представляешь, он весь на нервах! — тетка сделала большие глаза.

— Вадим?

— Да нет! При чем здесь Вадим! Слава нервничает. На него так давят сверху, требуют отчета по делу. А расследование-то не движется.

— Это пока. Знаешь, как бывает. Сначала стоит, стоит, а потом в один день все и раскрывается, — заверила ее Алена, с радостным удивлением заметив, что тетку очень волнует эмоциональное состояние Горыныча.

— С профессионалами не поспоришь! — усмехнулась та.

* * *

Сотый спектакль «Праздника жизни» прошел на редкость гладко, если не считать, что Федоров постоянно запаздывал с выходом, а когда появлялся, его заметно штормило. Да и текст он скорее чеканил на автомате, чем произносил от души. Угроза провала нависла только однажды, когда на сцене зашла речь об убийстве. Весельчак Людомиров исполнял роль братца жены покойного генерала, который упал с моста в реку. По пьесе он должен был весьма жизнерадостно шутить по этому поводу. Обращаясь к покачивающемуся Федорову, он произнес положенную фразу:

— Все это дело случая. Никто не знает, кому следующему падать с моста… — тут он обернулся к стоящей в тени декорации Лине, которая играла роль вдовы генерала, и усмехнулся: — Правда?

Этот трюк не был запланирован заранее. Но зрители не знали об этом, поэтому ничего и не поняли. А вот Лина даже под гримом заметно побледнела, глаза ее наполнились ужасом.