|
Он надавил на главного. Но Журавлев? Кто надавил за него? Странно все это. Все эти секреты могут и не иметь к убийствам никакого отношения. Хотя, с другой стороны, могут и иметь… Интересно все-таки, какова во всем этом роль Нелюбова? Поговаривают, что он достаточно влиятелен в театральном мире. Да что там поговаривают! Почти все постановки делаются через него. В театрах нет денег, нужны спонсоры. А найти спонсора практически на любой спектакль может лишь один человек — Аристарх Нелюбов. У него потрясающее умение налаживать связи, у него своя компания в Москве — он организует концерты зарубежных звезд в крупных городах России. У него контакты даже в Голливуде. Но с тех пор как он отошел от актерской деятельности, он не слишком-то светится. По большей части живет за границей, сюда приезжает крайне редко. Знает ли она о нем еще что-нибудь? Кроме того, что сейчас он, кажется, в Москве, больше ей ничего не известно.
Алена вытащила из-под бумаг телефон и, приняв сосредоточенный вид (чтобы создать видимость работы и не раздражать наблюдавшую за ней Варю), набрала номер. На другом конце провода сразу же подняли трубку. — Катюша? Привет. — Аленка, ты?! Слушай, я тебя уже видела по телеку! — радостно заверещала в ухо старая университетская приятельница, а теперь корреспондентка «СПИД-Инфо» Катерина Зайцева. — Везет же тебе! — Не очень! — протянула Алена. — Такого везения не пожелаешь врагу. — Знаешь что, — громогласно возмутилась Катерина, — совесть нужно иметь! Любой из нас на твоем месте уже получил бы «Золотое перо» — два расследования за полгода — это же редкая удача! Ты-то в деле, как прошлый раз, или просто мимо проходила? — По дикому стечению обстоятельств, у меня в этом театре работает тетка. — Я же говорю, везет! — хохотнула та. — Смотрела на прошлой неделе репортаж Коржика. Его-то внутрь не пустили, но, со слов очевидцев, он утверждает, что Журавлева как-то совершенно страшно укокошили, чуть ли не распяли! — А чего ты так радуешься? — удивилась Алена. — Ты же его хорошо знала. — Ну конечно! — презрительно фыркнула Зайцева. — Он только с мужиками был хорошо знаком. — Что ты имеешь в виду? — То же, что и все. Журавлев был геем. Это все знают. Не то чтобы смерть голубого принесла мне моральное удовлетворение, но я отвечаю на твой вопрос: хорошо знать его я не могла. Для женщин он навеки остался непрочитанной книгой. — Странно… — озадаченно протянула Алена, для которой сообщение о сексуальных пристрастиях Александра явилось новостью. — С какой луны ты свалилась? Ты же за это деньги получаешь. Я, что ли, кропаю статейки в «Звездном отделе» «Оберега»? — Но он как-то не особенно афишировал свою сексуальную ориентацию. — Да вся Москва в курсе, что Аристарх Нелюбов наконец-то прервал свои долгие и мучительные попытки доказать всему миру, что он — натурал: ушел от жены, купил огромную квартиру и поселился в ней с Журавлевым! — Не может быть! — ошалело выдохнула Алена. — Нелюбов и Журавлев?! — Ты зря ешь свой хлеб, — радостно подытожила Катерина. — Они почти год, как вместе. — Но в театре об этом никто не знает. — Это называется «делают вид, что не догадываются», — разъяснила коллега. — Слушай, а Ганин? — Не-ет, — разочарованно протянула та, — Ганин пока не засвечен. Но, с другой стороны, все может быть. |
