— Кстати… — произнес он, медленно поднимая темноволосую голову и внимательно глядя на нее блестящим, чуть насмешливым взглядом зеленых глаз, на тот случай, если у тебя остались какие-то сомнения… Я не отказываюсь от того, что говорил ночью.

— Правда?

— Святая правда! Чтоб мне лопнуть и не сойти с этого места! — серьезно заявил он, и оба улыбнулись, вспомнив детское заклинание. — Что попусту сотрясать воздух, Сэм? Оба мы взрослые, разумные люди, и, думаю, ты согласишься: то, что произошло между нами, — это нечто особенное. — (При этих словах Саманта беспокойно поежилась в его объятиях.) — Знаю, когда-то я больно обидел тебя. Но у меня не было выбора. Университетское начальство дышало мне в затылок. Да и ты была еще так молода… Поверь, мы никак не могли бы продолжать наши отношения.

— Да… Теперь-то я понимаю. Но тогда…

— Тогда я поступил как бессердечная скотина, заметив мелькнувшую искру боли в ее голубых глазах, горько признал Мэт, и губы его исказила гримаса отвращения к себе. — Но не будем ворошить старое, теперь все изменилось. Все кроме нашей сильнейшей тяги друг к другу. Теперь мы взрослые, независимые люди. Пускай через Атлантику четыре часа лету, я торжественно обещаю сделать все, чтобы на сей раз у нас получилось!

Глядя в зеленые глаза, прожигавшие ее насквозь, Саманта подумала: быть может, он прав. Если уж ей до сих пор не удалось погасить чувство к этому человеку, то не лучше ли в самом деле оставить былые обиды в прошлом?

В конце концов, теперь она старше и мудрее. Невозможно представить, чтобы сейчас было так же легко разбить ее сердце, заставить переживать ту же мучительную агонию. Кроме того, он ясно выразился: речь идет просто о любовной связи, не слишком обременительном приключении как с той, так и с другой стороны. Тут не подразумевается эмоциональная зависимость, не требуется, чтобы они посвящали себя ей целиком и полностью.

Да-да, она не допустит прежней ошибки — не влюбится по уши, не уйдет с головой в это чувство. Вожделение — это одно, а любовь — совсем другое. Вдобавок, как он верно заметил, у обоих очень напряженная деловая жизнь.

Любовные утехи с Мэтом будут действительно замечательной и важной частью жизни. Но всего лишь частью. Важнее всего для нее карьера, и ею она не собирается жертвовать ни для одного мужчины!

Так о чем волноваться?

— Ну что? — подстегнул ее Мэт, непроизвольно сжимая кольцо рук. — Бога ради, дорогая, речь ведь не идет о роковом решении, от которого зависит жизнь! Я просто хочу заниматься с тобой любовью как можно чаще. Неужели ты меня отвергнешь?

— Хорошо… в общих чертах… я принимаю ваше предложение, — с нарочитой важностью сказала она и расхохоталась в ответ на вырвавшийся у него драматический вздох облегчения.

В восторженном порыве он снова крепко прижал ее к себе.

— А теперь, когда улажены основные моменты контракта, предлагаю одеться и приготовить чашечку хорошего крепкого кофе.

— Вот это предложение, от которого действительно трудно отказаться, засмеялась она, вдруг почувствовав себя невероятно бодрой и счастливой.

— Восхитительно! — блаженно вздохнула она через некоторое время после тостов с джемом и нескольких чашек ароматного кофе. — Однако не могу же я провести тут весь день. Пора возвращаться в отель.

— Пойдем, я покажу тебе кое-что перед уходом, сказал хозяин. Саманта была несколько разочарована тем, что он не предложил провести день вместе, но ей хватило здравого смысла сообразить, что, не зная заранее о ее визите, он наверняка назначил другие дела и встречи.