-  Какие еще нечистые? - удивился крестьянин.

    -  Ну, те, что вчера на стрельцов напали.

    -  Это, которые, у отца Николая на постое? - уточнил он.

    -  Да.

    -  То, поди, наши местные парни балуют.

    -  Какие еще парни! Хорошее баловство, за раз четверых стрельцов убили!

    -  Про то нам ничего не известно, а вот на черта зря напраслину возводят. Нет там нечистого, лес как лес.

    -  Может быть, ты меня туда вечером отведешь? - неожиданно для самого себя предложил я.

    -  Нет, на баловство у меня времени нет.

    -  Я заплачу.

    -  Сколько?

    -  Да хоть пару московок.

    -  Три, - вышел он со встречным предложением. - За три отведу, да по такой тропе, о которой никто, кроме меня, не знает.

    -  Ладно. Тогда приходи сюда, как стемнеет.

    -  А ты не обманешь?

    -  Не обману.

    На том и порешили, крестьянин ушел по своим делам, а я продолжил ожидание.

    Наконец отец Петр вышел из храма. Я подошел под благословение.

    -  Дождей нынче мало, - сказал после окончания ритуала священник, - как бы засухи не было. - Гости-то как, не балуют?

    -  Нет, лежат в избе. У меня, батюшка, к тебе вопрос. Мальчик, что при мне, круглый сирота, как бы выучить его на священника?

    Старик удивленно посмотрел на меня.

    -  Мне сначала с отроком поговорить надо. Священство - оно не просто так, к нему нужно призвание иметь. Отрок-то из каких будет?

    -  Из благородных, - соврал я, - дед, слышно, у него священником был. Вот и он хочет по стопам…

    -  Дед, это похвально. А то много самозваных Господу служить хотят, думают, что у попа жизнь сладкая!

    -  Ваня так не думает, он совсем наоборот. Да и вам в семье мужчина не помешает. Парень он хороший, скромный, богобоязненный, к тому же оружием владеет, сможет, если что, защитить. Поговорите с ним, батюшка, может, он вам понравится. А я ему на обучение пару ефимок оставлю…

    Последнее предложение было явно от дьявола, и отец Петр зорко посмотрел на меня, борясь с искушением. Однако достойно вышел из испытания:

    -  Если подаришь что на украшение храма, то, пожалуй, возьму к себе твоего парнишку. Тем более, если у него дед был попом… Молитвы-то он знает?

    -  Думаю не очень, но паренек он толковый и быстро схватывает.

    -  Хорошо, поговорю с ним, и если подойдет, возьму, почему и не взять.

    На том мы и расстались, после чего я спешно отправился инструктировать новоявленного поповича.

    Ване наша с Катериной идея пойти ему по жениховско-священной стезе так понравилась, что у него даже заблестели глаза. Правда, не столько в части служения Всевышнему, сколько в перспективе обладания белокурым сокровищем. Он тут же забросал меня вопросами о том, как теперь сложится его жизнь, причем такими разнообразными, на которые у меня ответов, увы, не было. Мне, конечно, было приятно чувствовать себя многоопытным патриархом, но стало и немного обидно, что для юной поповны я уже не предмет сексуального интереса, а скорее добрый дядюшка. Однако обида была не очень большая, скорее умозрительная, потому, не вдаваясь в психологию, я подвел итог разговору:

    -  Ваня, пока еще рано делить шкуру неубитого медведя, ты сначала сумей понравиться батюшке, а уж потом будешь мечтать о дочери.