-  Все, и главное - новую одежду! - смешливо фыркнув, сказала она. - Мы с Ваней уже устали ждать, когда ты, наконец, проснешься!

    Пришлось вставать, умываться и идти за обещанными обновками. Мы долго бродили по лавкам, где Наташа взяла на себя все хлопоты по торгу и выбору одежды, я с удовольствием тратил деньги на наряды любимой женщины и наслаждался простыми, скромными земными радостями.

    -  Пожить бы какое-то время так, бездумно и просто? - размышлял я, слушая уговоры и увещевания купцов и яростный торг из-за каждой копейки раззадоренной спортивным интересом покупательницы. Уже Ваня, получив свою долю обнов, давно вернулся домой, а мы все ходили по лавкам, мерили, подбирали и перебирали, торговались и нагружались все новыми покупками.

    Весь остаток дня, после того, как мы вернулись домой, Наташа мерила обновки. У нее тут же нашлись зрительницы в лицах хозяйских дочерей. Так что жизнь у нас кипела, и все вокруг было полно счастливым девичьим смехом. Я ходил, сдерживая, а то и не сдерживая зевки, и поражался, как после таких бурных страстей и бессонных ночей у моей подруги хватает сил интересоваться тряпками!

    Меня в тот момент не интересовало ничего! Конечно, не считая самой счастливой обладательницы новых сарафанов, летников, сапожек, понев, платков и прочей ярмарочной дребедени.

    Увы, на немецких портных и сапожников, у которых одевались и обувались боярыни московского света, у нас не доставало денег.

    -  Ты счастлива? - спросил я красавицу, когда она, наконец, угомонилась и лежала рядом, не в силах даже отвечать на мои скромные, семейные ласки.

    -  Ага, - ответила Наташа, через силу чмокнула меня в щеку и так крепко уснула, что не чувствовала ни то, как я ее укрываю, ни как поворачиваю на правый бок, ни поправляю подушку. Короче говоря, укатали Сивку крутые горки.

    -  Надо бы завтра сходить в Кремль, - лениво думал я, - посмотреть, как там и что, потом навестить Опухтиных - были у меня такие знакомые в Замоскворечье. А впрочем, сделать все это будет не поздно и послезавтра, и через неделю. И сколько лучше беготни и суеты проводить время в тесном «семейном кругу». Я лежал и думал, что завтра еще нужно будет пойти на лошадиную ярмарку и подобрать Наташе спокойную лошадку, а потом еще научить ее нормально сидеть в седле.

    Я вполне осознавал, что буйные любовные радости скоро мне наскучат, и натура возьмет своё, и мне снова приспичит искать приключения на одно общеизвестное мягкое место, но, пока было возможно, стоило урвать у бурной жизни несколько беззаботных отпускных дней. Тем более что жить тихой, растительной жизнью вдвоем с любимой женщиной оказалось так приятно, что я решил продлить это удовольствие, сколько хватит сил.

    Как и планировалось, наш следующий день прошел безо всяких неожиданностей. Москва спокойно жила своей обыденной жизнью, мы своей: отправились на конский базар и купили у барышника симпатичную, недорогую лошадку. Наташе она понравилась мохнатой мордой и тем, что сразу положила голову ей на плечо. Тут же мы присмотрели красивую сбрую и отправились на недалекую окраину, где девушка ее успешно объездила. Наталья оказалась ловкой не только в постели, но и в седле. Кое-какие навыки верховой езды у нее уже были, так что начальные правила джигитовки она усвоила безо всякого труда. Хотя примерять наряды ей нравилось несравненно больше, чем сидеть в седле, но и в верховой езде она смогла найти приятные стороны, Единственное, что вызвало ее недоумение, зачем ей все это нужно:

    -  Зачем мне учиться ездить? - прямо спросила она, когда я очередной раз погнал ее по кругу. - Это не женское дело.

    -  Мне нужна помощница, которая умеет скакать верхом и хорошо владеет оружием, - объяснил я.