— Разумно. Особенно для варвара. А что еще он нам полезного посоветовал?

— Кроме того, чтобы умерили зазнайство? — улыбнулся квестор.

— Кроме этого, — скривился Марк Аврелий, которого эта оценка немало раздражала.

— Беромир предложил использовать заменители денег для крупной торговли.

— Заменители? Это как?

И квестор следующие полчаса рассказывал краткую теорию, выданную ему Беромиром про товарные, обеспеченные, кредитные и фиатные деньги. А также зависимость денежной массы от товарного производства и рынка услуг.

Краткую, потому что парень и сам знал ее не шибко широко и глубоко.

Но знал.

Просто какое-то время перед сном слушал разные лекции по экономике. Там — в прошлой жизни. Из-за чего и усвоил в усеченном и сжатом виде ключевые вещи. Причем, что примечательно, не в формате либеральной финансовой теории, а в нормальной форме, вполне годящейся для практического использования вне механизмов биржевых спекуляций и разных махинаций с бюджетом.

Квестору, разумеется, Беромир рассказал не все даже из той ужатой версии. А просто обрисовал панораму. Но и этого хватило, чтобы заинтересовать и его, и Марка Аврелия…

— Это очень странный человек, — выслушав, резюмировал Император.

— Очень, — согласился с ним квестор и протянул кожаную папку на завязках, добавив: — И интересный.

— Что там?

— Книга, написанная им. Я ее перевел под его руководством. Стараясь быть как можно более точным. Он мне пояснял почти что каждую строчку.

— Книга? — удивился Марк Аврелий, не привыкший к форме кодексов. Обычно все сочинения, что он читал, носили форму свитков. Поэтому он подошел к столу. Развязал завязки. И с интересом осмотрел пачку сшитых тетрадей из сложенных пополам листов бумаги, к которой, впрочем, он тоже не привык. — Как необычно сделано. И о чем она?

— Так сразу и не скажешь… — пожал плечами квестор. — О творении, наверное. О том, как произошло сотворение мира. О том, какой он. И как все закончится.

Марк Аврелий скривился, явно не желая читать весь этот вздор. Поэтому квестор спешно добавил:

— Это ОЧЕНЬ любопытно. Я и сам такое бы не стал переводить, если бы не увлекся.

Немного помедлив Император все же сел за стол и открыл первую страницу. Сразу обратив внимание на совсем иную модель графики. Все слова были отделены друг от друга, в начале предложений стояли большие буквы, а в конце маленькие и так далее.

— Это что?

— Это Беромир настоял. Он сам так пишет и сказал, что неуважение к читателю сваливать все слова в одну кучу. Каждое слово ценно само по себе, оттого и отделять его стоит. Он много чего говорил, я не стал перечить. В конце концов, так действительно удобнее читать.

Марк Аврелий кивнул, соглашаясь, и перевернул страницу. Он ее уже прочел. Хотя с обычными текстами не осилил бы еще и четверти, разгадывая текст, который там спрятали.

Страницы проскакивали одна за другой.

Квестор оказался прав.

Лаконично, масштабно, стройно и чрезвычайно увлекательно.От самого сотворения мира до недавних лет…

— Я смотрю этот варвар решил поспорить с Демокритом.

— Так и есть, — кивнул квестор. — И его рассуждения весьма здравы. Все эти электроны, протоны и нейтроны выглядят довольно разумными для построения атомов всех веществ в мире.

— А почему он не идет еще дальше? Или все — они неделимы, просто меньше, чем атом?

— Он мне что-то рассказывал про кварки, из которых состоят уже эти вещества, но я не смог понять и не стал записывать. Там все слишком сложно.