Поэтому Беромир и решил, среди прочего, закидывать анекдоты, чтобы хоть немного расшевелить это болото. Все же юмор заставлял немного работать мозгом.

Впрочем, получалось не всегда и не всё.

Приходилось искать варианты попроще. И порой объяснять их по полчаса, пока шутка наконец не «доходила». Впрочем, это окупалось и кое-какие истории все-таки уходили в народ. Вот как сейчас…

Беромир еще немного постоял, наблюдая за тем, как там — внизу шевелятся работники. И пошел дальше — проводить очередную ревизию крепости.

Деревянной.

Построенной наспех из сырого дерева. Из-за чего она сохла и лихо «играла». Лето ведь. Так еще и жаркое. Из-за чего приходилось компенсировать перепады температуры и днем протапливать помещения. Иначе оказывалось, что снаружи шпарило солнышко, выдавая свои тридцать или даже больше градусов. А еще дул ветерок, ускоряя испарение влаги. Внутри же царили высокая сырость и некоторая прохлада.

Вот каждое утро и начинали топить печки. Где-то наспех сложенные, по-черному. Где-то уже нормальные, с трубой, как в донжоне. Крепко и основательно все прогревая, стараясь просушить до звона. Настолько, что спать порой приходилось на улице. Если погода позволяла.

Эта ситуация вынуждала делать обходы.

Каждый день.

Просто чтобы не допустить какой-то значимой проблемы.

А потом — дела.

Другие.

Благо, что возле крепости уже трудилось почти две сотни работников. Их пришлось даже несколько больше, чем Беромир рассчитывал. Да еще и ведунов заявилась целая дюжина. Сверху.

Поначалу-то это сильно разозлило, но быстро выяснилось, что они не зря свой хлеб едят. И их наличие позволило решить вопрос управляемости и ответственности эти работников.

Кем в местном обществе были ведуны в текущем понимании Беромира?

Жрецами?

О, нет!

Хотя, конечно, определенные ритуалы они и могли совершать, и проводили. Но, в первую очередь, на них лежала роль этаких политруков-наставников широкого профиля, помогающих, и словом, и делом, ну и разруливающих сложные проблемы. Из-за чего слово ведуна имело очень большой вес. Их слушались. Да и вообще с ними тесно связывали выживание.

Понятно, в определенных пределах и очень условно. Но если работала сообща целая команда ведунов, то они могли достаточно легко буквально продавить авторитетом любой клан. Так что, прибытие этой дюжины оказалось чрезвычайно важно и полезно. Выступив эхом того инцидента у старого поселения.

Вот убил бы Беромир «мухомора». Даже в кругу. И что дальше?

Разом бы потерял расположение круга Священной рощи. Так как противопоставил бы им себя. Ведь не обычай, а сила, не убеждение, но убийство. А ведуны находились на самой вершине социальной иерархии местного общества.

И он сам, кстати, из роли ведуна вообще не выбивался.

Военный вождь? Так, он сам же объявил, что Перун — бог воинов. Кому как не ведуну Перуна вести людей в бой? Ремеслами занимается и торговлишкой? А разве это не дело для ведуна Велеса? Иными словами, в глазах всего окрестного населения он был вполне себе натуральным ведуном Близнецов. Да, уникальным и особенно могущественным. Может, даже чародеем, которые в глазах обывателей выступали чем-то вроде высшим проявлением ведовства. Но не более.

А вот если бы он вошел на прямой конфликт с рощей… началось бы самое страшное. Ведь иных ведунов много. И их знают. Им доверяют. Так что они вполне могли бы понести по окрестным поселениям всякие нехорошие «проповеди». Поди — заткни их. Выгода выгодой, но у людей этой эпохи мышление еще вполне себе рационально-мистическое, магическое.