И вот тут-то в глаза ему бросился натянутый поперек улицы плакат с поблекшей надписью: «Закусочная дядюшки Клайда. Обеды и выпечка». А в витрине ближайшего дома другая вывеска похвалялась: «Обеды на любой вкус, лучшие в этой части Америки пирожные».

Неподалеку в укромном месте Мак заметил машину Мэтьюсона. Значит, здесь! — с тревогой сказал он себе.

Глава четвертая

— Вот те раз! — воскликнул возмущенный до глубины души Клайд Джонсон, потирая узловатыми пальцами седую щетину на щеках. — К нам, Беби, скоро нагрянут чинуши из правительства.

— Из правительства? — удивилась Элла. Тыльной стороной ладони она убрала со щек влажные пряди волос и с любопытством взглянула на своего работодателя, старого, но еще довольно крепкого человека. В душной кухне дядюшки Клайда было нестерпимо жарко. Вентилятор на потолке уже много лет как вышел из строя. Здесь было тесно, крохотное помещение не выдерживало никакого сравнения с кухней Брубейкеров.

— Правительственные чиновники! Агенты ФБР! — чихая и кашляя — сказывалась любовь Клайда к папиросам собственного изготовления, — проговорил он. — Вот! Видишь? Они собираются прищучить мелких предпринимателей, уклоняющихся от уплаты налогов. Черт бы их побрал! — кричал он, качая головой. Седые волосы, к которым с незапамятных времен не прикасались ножницы парикмахера, торчали во все стороны. Светло-голубые глаза сверкали от неподдельной ярости.

— Агенты ФБР? — Элла нахмурилась.

— Да, да, ФБР, — продолжал неистовствовать Клайд. — Эти проходимцы вознамерились шпионить за бедными людьми. Чуть что не так в налоговой декларации — и они тут как тут. Ну, нет, им не заграбастать мое детище, — Клайд имел в виду свою закусочную. — Существуют законы, защищающие простой люд вроде меня. — С поразительной ловкостью повернувшись на больной ноге, он проковылял к шкафу. — Где-то здесь должен лежать кодекс, остался еще от моей Марты, да упокой Господь ее душу. — И он принялся энергично шарить в ящиках шкафа.

— Но почему вы так волнуетесь, Клайд? — спросила Элла.

— Да из-за тебя, дорогуша.

— Из-за меня? — Элла изумленно вскинула брови. — А что за меня волноваться?

— Да ведь жалованья ты у меня не получаешь, так, изредка какую-нибудь мелочишку, работаешь за жилье и харчи, вот я о тебе и не сообщил ничего в декларации.

— Клайд! — выдохнула Элла.

— Не бог весть какая беда, ясное дело, но вот газета пишет, — он со злостью помахал ею в воздухе, — что это противоречит их закону, будь он проклят.

— Ох, Клайд! — тяжело вздохнула Элла.

Меньше всего на свете ей хотелось, чтобы у Клайда из-за нее возникли неприятности. Она стольким была ему обязана. Он в буквальном смысле спас ее от голода, когда она оказалась без средств на улице. Их знакомство было выгодно обоим: Клайду была необходима помощница на кухне.

Стоило Клайду попробовать испеченный Эллой абрикосовый пирог, и он немедля пригласил ее на работу. Денег он мог предложить ей ничтожно мало, но Элла согласилась работать за еду и жилье — маленькую комнатку в принадлежащем Клайду доме. Это был далеко не отель «Ритц», но после продолжительных скитаний Элла была рада и такой крыше над головой.

— Ох, Клайд, — произнесла Элла, протягивая руку, — дайте мне посмотреть.

Ленч уже закончился, обед еще не начинался, закусочная была пуста, и Элла могла позволить себе такую роскошь, как почитать газету.