— Это правда. Но ей предстояло выслушать еще одну тяжелую новость. Эту новость я хочу обсудить и с тобой тоже.

— Что такое? — Синтия выпрямилась.

— Во-первых, я стал экономить. Более чем наполовину урезал довольствие брату и продал дом матери в Лондоне…

— О Боже…

— И подал прошение королю отменить ограничение прав на собственность на мой городской дом. Это такое огромное чудовище, продажа которого принесет огромную сумму, если король согласится. Я выплачу все долги и пущу деньги на ремонт оставшейся собственности. Через несколько лет мой доход вырастет. Что касается матери… Я сниму в Лондоне дом для семьи на время светского сезона, а на зиму они могут уезжать в деревню, как всегда.

— Понятно. А где будешь жить ты во время сезона?

Ник посмотрел на нее сквозь ресницы, потом опустил глаза.

— Именно это я и хотел обсудить с тобой.

Синтия занервничала.

— Я не буду… Я не буду вести привычный образ жизни. — Ник вздохнул и провел рукой по волосам. — Это трудная тема.

— Ник, где, скажи, ты нашел деньги, чтобы вложить их?

— Я не нашел денег.

Синтия помолчала, ожидая, что он скажет, но он молчал.

— Пожалуйста, Ник, скажи мне, чтобы мы могли закрыть эту тему.

— Ладно. — Он немного походил по комнате, нахмурив брови. — Я сделал предложение Сомерхарту. Он предложил мне пять процентов, как часть моей компенсации.

— Компенсация? Я не понимаю.

— Я… — Ник прочистил горло. — Я получил место.

— Место?

— Не думаю, что ты отнесешься к этому благосклонно. Женщина твоего уровня не должна терпеть подобное. Если ты не можешь…

— Что за место? — отмахнулась от его слов Синтия. — Что ты знаешь о судоходстве?

— Ничего. Я просто должен быть обаятельным.

— Ты всегда обаятельный.

— Да. Но теперь я должен убеждать людей вести дела с «Хантингтон шиппинг». Ради прибыли. И доли в компании. Я должен стать самым желанным гостем в нью-йоркском обществе. А также в Бостоне. И, возможно, в Саванне.

— Ты шутишь?

— Нет. — Ник широко расставил ноги и смотрел прямо на Синтию. — Боюсь, что нет. У меня серьезные намерения увеличить прибыль «Хантингтон шиппинг» втрое в течение года. Это путь, который я выбрал, Син. Если идея тебе не нравится, или…

— Это же отлично!

— Что? — с недоумением спросил Ник.

— Ты не подведешь, у тебя все получится.

— Не говори так.

Синтия больше не могла сдерживать себя. Она вскочила с места и бросилась к нему.

— Это здорово! — Она стала покрывать поцелуями его щеки, подбородок, и наконец Ник обнял ее. — Я так горжусь тобой. Проси моей руки, — поторопила Синтия.

— У меня уже не будет прежнего положения в обществе. Там и так неодобрительно отнеслись к разрыву помолвки с мисс Брандисс. Над моей головой истошно вопят кредиторы. Пошли всякие разговоры по поводу того, почему я мог убить Ричмонда. Если станет известно, что я служу… Мы представили все это так, будто я совладелец, но это лишь отчасти правда.

— Пусть говорят. — Синтия умудрилась поцеловать его в шею, хотя Ник пытался отодвинуться. — Я теперь американка, а мы ждем от наших мужчин честолюбия.

— Моя мать перестала со мной разговаривать.