К моему прибытию в Нью-Йорк Фай уже успела переслать Мариам список тех психотерапевтов, которых она мне порекомендовала при нашей последней встрече, плюс даты проведения собраний в ближайшем клубе анонимных алкоголиков. Оставалось лишь собраться с мужеством и решиться пойти туда в первый раз, что я и сделала, но только в сопровождении Мариам. Она крепко держала меня за руку всю дорогу, а когда мы пришли на место, сказала, что будет ждать меня снаружи.

– А что, если все эти люди сейчас узнают меня? – спросила я у нее, уже стоя на пороге и чувствуя, как меня охватывает парализующий страх.

– Но это же анонимный клуб, разве вы забыли? – резонно возразила мне Мариам. – Здесь никому не позволяют обсуждать других. Ступайте, вот увидите, все будет хорошо.

И действительно, все прошло даже очень хорошо. К своему вящему удивлению, я увидела среди собравшихся и других медийных персон, чьи лица постоянно мелькают то в прессе, то на экранах телевизоров. А когда пришла моя очередь говорить и я, поднявшись с места, объявила, что меня зовут Электра и что я алкоголичка, то в ответ услышала аплодисменты и тут же расплакалась.

Меня поприветствовал руководитель клуба и спросил, есть ли мне что сказать. Помню, когда аналогичный вопрос мне задали на самом первом групповом занятии анонимных алкоголиков в «Рэнч», я лишь отрицательно замотала головой и тут же плюхнулась на свое место, но здесь неожиданно для себя самой я кивнула в знак согласия.

– Да, мне есть что сказать, – начала я. – Я только что вернулась домой после реабилитации. Вначале подобные встречи вызывали у меня отторжение, я их даже ненавидела, совершенно не понимала, что означают Двенадцать ступеней и как они могут помочь уже конкретно мне. Но… как-то мне удалось перебороть себя, а со временем пришло осознание и всего остального, и сегодня я хочу поблагодарить вас от всей души, как и всех остальных, кто поддерживал меня в эти трудные дни, потому что именно такие люди, как вы, и спасли мне жизнь.

Снова раздались громкие аплодисменты и одобрительные возгласы присутствующих. И я поняла, что мне здесь по-настоящему рады, и уже с нетерпением стала ожидать последующих встреч.

«Наверное, все у меня сейчас слишком хорошо, чтобы быть правдой», – размышляла я, продолжая свой забег по дорожке парка. Именно эту мысль я и озвучила Майлзу вчера вечером во время нашего очередного телефонного разговора.

– Да, всегда есть какие-то но, – согласился он со мной. – Сейчас вы переживаете фазу такой своеобразной эйфории, очень схожую с медовым месяцем у молодоженов. И вы почти уверены в том, что сумеете справиться со всем, но опасности могут подстерегать вас тогда, когда вы наконец полностью окунетесь в свою прежнюю жизнь, вернетесь к своим привычным занятиям и почувствуете соблазн снова подсесть на наркотики. Вот это самое страшное.

Всякий раз, когда на меня накатывало острое желание, застилая глаза красноватым туманом, а дьявольский голос в это время нашептывал мне, что всего одна доза – это ведь такая малость и что она никак не навредит мне, тем более что я в течение всего дня обходилась без наркотиков и даже сходила на очередное заседание клуба анонимных алкоголиков, а утром совершила пробежку, так вот, всякий раз я тут же мысленно представляла кровь, которая струилась из вены Ванессы, когда она лежала без сознания на полу ванной комнаты.