– Билл Форсайт сделал мне предложение.

Сесили не без внутреннего удовольствия взглянула на ошарашенное лицо крестной.

– Я… Билл Форсайт сделал тебе предложение? – повторила та, словно попугай.

– Да, он хочет жениться на мне. Завтра утром я должна буду дать ему ответ.

– Вот так номер! Я в шоке, не сойти мне с этого места! – Кики откинула голову назад и громко расхохоталась. – Однако же ты – темная лошадка, моя дорогая. И как давно у вас все это завязалось?

– Я… – начала Сесили и тут же замолчала.

До нее внезапно дошло, что отныне ей придется вести своеобразную игру, скрывая истинные мотивы того, что лежит в основе их соглашения с Биллом. Пусть Кики знает правду о ее беременности, ну и что с того? Но ведь Сесили вполне может притвориться, сделать вид, что их с Биллом связывают серьезные чувства. Кики ведь является знаковым членом местной общины, и нельзя допустить, чтобы она начала сплетничать на их счет на какой-нибудь коктейль-вечеринке.

– Пожалуй, все началось с той самой поездки на сафари несколько недель тому назад.

– Но почему же ты ничего не рассказала мне об этом, дорогая?

– Потому что я была уверена, что Билл не захочет иметь со мной дело, когда я сообщу ему о своем ребеночке. Да и какой мужчина на его месте повел бы себя по-другому? Женщина, которая ему нравится, ждет ребенка от другого мужчины…

– Да, случай действительно по-своему уникальный. Должно быть, Билл очень любит тебя, коль скоро решился на такой шаг. А я еще только вчера подумала, как это необычно, что он сорвался с места и помчался в такую даль только для того, чтобы узнать, как твое самочувствие. Как я понимаю, вы оба готовы публично объявить всем, что это его ребенок?

– Да, – коротко ответила Сесили.

– Билла это вполне устраивает? – Кики внимательным образом вгляделась в лицо Сесили.

– Думаю, да. Иначе… Иначе он не стал бы предлагать мне руку и сердце.

– Конечно, не стал бы. По правде говоря, мне он никогда особо не нравился. Впрочем, как и я ему. Но сейчас я готова снять перед ним шляпу. Это достойный поступок мужчины, у которого… нет никаких предрассудков. Надеюсь, ты понимаешь, Сесили, как тебе крупно повезло. Воистину, ты заполучила рыцаря в сияющих доспехах, который явился так вовремя, чтобы спасти тебя.

– Понимаю. Так вы полагаете, что я должна принять его предложение? Ему я сказала, что хочу вначале обсудить с вами.

– О господи! Да на твоем месте я бы бросилась ему в ноги и целовала бы ему руки! Серьезно говорю, я страшно рада за тебя, милая! Не говоря уже о том, что ты остаешься в Кении. Идем звонить твоей матери! Представляю, как она обрадуется, когда мы сообщим ей, что ты выходишь замуж за англичанина, к тому же за аристократа. Ведь мать Билла, между прочим, достопочтенная дама.

– А что это такое «достопочтенная дама»?

– Это означает, что она родилась в аристократической семье и была леди еще до своего замужества. Так мы будем звонить в Нью-Йорк?

– Давайте, Кики, отложим наш звонок до моего завтрашнего разговора с Биллом, если вы не возражаете.

– Не возражаю! Будем надеяться, что он не передумает за ночь. Что ж, пора подавать шампанское!

Часом позже Сесили, сославшись на слабость, все же умудрилась ретироваться к себе. Поднимаясь по лестнице, она остановилась на площадке и глянула в огромное венецианское окно, за которым в сгущавшихся сумерках виднелся великолепный пейзаж.

– Здравствуй, Африка, – прошептала Сесили, любуясь представшей перед ней красотой.