– Может быть, и не совсем все равно. Я познакомилась с этим человеком в Вудхед-Холле. Кстати, там же за ужином я познакомилась и с твоим братом. У лорда и леди Вудхед есть племянник по имени Джулиус…

– Ничего себе! – Билл бросил на нее изумленный взгляд. – Совсем рядом с моим родным домом. Но, надеюсь, мой братец остался в неведении относительно твоих амурных дел?

– Конечно, никто ничего не знает. Тем более что Джулиус вот-вот должен жениться на какой-то девушке. Это было такое… – Сесили нервно сглотнула слюну, – такое мимолетное приключение. Во всяком случае, для него.

– А тебе он наверняка разбил сердце, да? – В голосе Билла послышались сочувственные интонации.

– Да, разбил. Я… Я ведь думала, что у него благородные намерения.

– Никогда не доверяй этим англичанам, слышишь меня? Конечно, лично я могу предложить тебе не очень много – каких-то несколько тысяч голов скота, но одно заявляю со всей ответственностью: я абсолютно порядочный человек. В этом можешь не сомневаться. Получается, что мы с тобой такая сладкая парочка. Очень подходим друг другу. Я прав?

– Да, прав.

– Хорошо. Теперь еще вот это. – Билл сунул руку в карман и извлек из него маленькую бархатную коробочку. – Здесь кольцо. Примерь, подходит ли по размеру. Мне его немного уменьшили, но, боюсь, оно все равно будет тебе великовато.

Сесили открыла коробочку и увидела красивое кольцо с красновато-розовым камнем по центру в обрамлении целой россыпи бриллиантов.

– Ой, какое красивое!

– Да, это звездный рубин. В свое время дедушка привез кольцо из Бирмы в подарок бабушке. И вот оно попало в Кению, чтобы в итоге украсить пальчик стопроцентной американки. Тебе оно нравится? Когда луч света падает прямо на рубин, то можно разглядеть внутри него совершенную по своей форме звезду.

– Я… Я думаю, оно волшебно прекрасное! – воскликнула Сесили, разглядывая кольцо под светом фонаря, висевшего над столом, и действительно увидела мерцающую звезду внутри рубина. – Спасибо, Билл.

Поскольку Билл не сделал ни малейшей попытки надеть кольцо ей на палец, она сама извлекла его из бархатистого углубления на дне коробочки и надела на безымянный палец левой руки.

– Так я и думал! Немного великовато… Но ничего, ювелир в Гилгиле решит нашу проблему в мгновение ока. Что ж, теперь, когда мы помолвлены наконец официально, я отправляю телеграмму своему брату с просьбой объявить о нашей помолвке через газету «Таймс».

– А что здесь?

– О, здесь газеты не потребуются. Местные барабаны и тамтамы разнесут эту новость по всем джунглям в два счета и без нашего участия, – пошутил в ответ Билл. – Но, полагаю, нам надо проявить определенную сдержанность в этом вопросе с учетом твоего… нынешнего состояния. Впрочем, как только новость о твоей беременности станет всеобщим достоянием, что неизбежно случится, и очень скоро, то я, естественно, приму на себя все обязательства, как это и положено в подобных обстоятельствах.

– Спасибо.

– Не стоит благодарности, Сесили. Да и вообще, тебе не о чем особо волноваться. Ведь, когда мы поженимся, я не сильно буду докучать тебе дома. Большую часть своего времени я провожу на пастбищах со своими стадами. Эти треклятые коровы требуют постоянного и неусыпного внимания.

– А разве у тебя нет управляющего?

– Есть, само собой. И масаи помогают мне, но вокруг скота работы хватает всем, особенно если делать все как положено. Да я и сам, по правде говоря, люблю кочевой образ жизни. А с другой стороны, что меня все эти годы ждало дома, в моей холостяцкой берлоге? В любом случае, – промолвил Билл, провожая взглядом Алееки, который вместе с прислугой понес остатки ужина на кухню, – почему бы нам сейчас не заняться изучением всех этих чертежей, чтобы я смог поскорее приступить к строительству дома?

Спустя час с небольшим, в течение которого в планировку дома были внесены некоторые изменения, в частности Сесили добавила несколько лишних спален в надежде, что в один прекрасный день к ним в гости пожалует ее семья, она пошла проводить Билла до его пикапа.